Прелестная наездница

Грубость этой нахалки выбила его из колеи, но не повел ли он себя чересчур не по-джентльменски? Сказал лишнее? Вдруг дамочка разразится слезами прямо у него в гостиной? Или уже? Однажды леди Лидия при нем залилась слезами, так он чуть с ума не сошел. Ему вообще кажется, что девицы слишком часто плачут по пустякам.

Эван настороженно наблюдал, как леди Теодора вскинула голову, расправила плечи, поджала губы и, подхватив юбки, без малейших следов слез заявила голосом, полным яда:

– Очень хорошо. Раз уж мы начали говорить друг другу то, что собеседник должен услышать… Вы, виконт Клейтон, настоящая задница.

Она прошла мимо него к двери и с такой яростью ее распахнула, что та с грохотом ударилась о стену коридора.

Эван удивленно смотрел ей вслед с улыбкой на губах. Как, черт возьми, до этого дошло? В парламенте он славился своими дипломатическими способностями, а тут за несколько минут нажил себе врага в лице леди Теодоры Баллард. Впрочем, нахалка не оставила ему выбора. Девушка привлекательна и, надо полагать, хорошо воспитана, но настоящая мегера, если судить по представлению, что устроила у него в гостиной. Укол вины за то, что отказался позволить ей посмотреть на коня, быстро сменился гневом при мысли об оскорблении, которое она ему нанесла. Девица определенно жуткая эгоистка. Пусть она и хороша собой, но красота мало что значит при столь сварливом характере.

Сначала она ему писала, затем явилась без приглашения. Эван повернулся и направился обратно в кабинет, чтобы продолжить разговор с Форрестером, но никак не мог избавиться от ощущения, что это не последняя встреча с леди Теодорой Баллард.

Глава 6

Один из лакеев виконта Клейтона помог Тее забраться в карету, стоявшую на подъездной дорожке перед особняком. И как только дверца за ней захлопнулась, она едва ли не в полный голос разразилась бранью:

– Черт бы побрал этого старого похотливого козла!

Мэгги, сидевшая напротив, уронила на колени шитье и поморщилась.

– О нет! Значит, все плохо.

– Не плохо, отвратительно! – поправила ее Тея, едва не задыхаясь от злости.

Чтобы немного успокоиться, девушка начала расправлять юбки по красному, обитому бархатом сиденью. Кучер тронул лошадей, и карета покатила в сторону отцовского имения.

– Он просто омерзителен! – добавила Тея и, сдернув с запястья ридикюль, швырнула на сиденье. – Тупое животное!

Мэгги взяла шитье в руки и ровным голосом небрежно уточнила:

– Что, совсем старик?

– Вообще-то нет, – со вздохом призналась Тея, скорчив гримасу, и уставилась в окно. – Он намного моложе, чем описывал отец. Вряд ли ему больше тридцати.