Прекрасный яд

Огонь пробегает по моей спине, и в голове запускается обратный отсчет.

Тик.

Тик.

Каждый тик толкает меня ближе к краю.

— Ты хотя бы сожалеешь о своем вранье? О том, что скрывал правду? — я бью кулаком по его груди. — Я доверяла тебе. Я, черт возьми, тебе доверяла, а ты все это уничтожил.

— Не я выбирал Вайолет в качестве мишени Джуда.

— Но ты решил отдать ему ее досье! Ты решил подменить результаты анализа ДНК, найденного под ее ногтями.

— Я тогда не знал ни ее, ни тебя. К тому же, он бы нашел ее, независимо от того, был я в этом замешан или нет.

Это в точности слова Ви, и я их ненавижу. Я ненавижу, что они оба загоняют меня в угол.

Я ненавижу, что все, что я делала в последние несколько месяцев, было напрасным.

Но больше всего я ненавижу то, что впервые отдала свое сердце, причем именно этому ублюдку.

— Так ты преследовал ее? Ты был одним из тех, кто сделал ее жизнь адом перед нападением твоего драгоценного друга?

— Нет, ни в коем случае. Я не имел отношения к Вайолет с тех пор, как отвез Джуда в твой старый район в Стантонвилле, и я не знаю, что происходило между ними до того, как с ней это случилось.

— И что именно с ней случилось?

— Полагаю, она сама тебе еще не рассказала. В таком случае и я не буду. Это не моя история.

Я скрежещу зубами. Тот факт, что он знает, что, черт возьми, произошло, а я нет, сводит меня с ума. Сколько бы я ни умоляла Ви рассказать мне, она просто замыкается в себе.

Я глубоко вдыхаю, грудь раздувается от накопившихся эмоций.

— Допустим, ты не знал меня, когда все это началось. А что было потом? А? Почему ты заговорил со мной в первый раз на арене и дал мне надежду, что я смогу попасть в «Венкор»? Что было тогда?

Он проводит рукой по волосам, напряженный, не похожий на обычного, собранного себя.

— Ты заинтересовала меня.

— Что?

— В тот день, когда я впервые увидел тебя в этом убогом районе, я захотел увидеть тебя снова. Я заставил себя думать, что хочу защитить тебя от Джуда, поэтому и устроил все так, чтобы тебе предложили стипендию в УГ. Поэтому я и организовал всю эту постановку с посвящением.

— Постановку, в которой ты показал мне мой худший кошмар и трахнул меня как зверь на земле?"

"— Я не буду оправдываться за это. В то время я по-настоящему не знал тебя, и все должно было выглядеть убедительно, и хотя я бы никогда не стал психологически мучить тебя, если бы мог все повторить, мне все равно понравился секс, как, я уверен, и тебе. Я действительно сожалею, что расковырял твою детскую травму, я не хочу причинять тебе боль и чувствую себя виноватым, особенно после того, как увидел, как сильно это на тебя повлияло. Правда в том, что я хотел обладать тобой с тех пор, как впервые увидел, и по глупости думал, что одного секса будет достаточно. Но его было недостаточно.