Букет прекрасных дам

– Вот странность так странность, – сморщила она свой узенький лобик, – там было всего граммов сто, не доза для меня, а глотнула – и как топором по башке дали, еле-еле до дивана добралась.

Проснулась Катя только на следующий день, голова болела немилосердно, тошнило, тряс озноб… На похмелье, на нормальную птичью болезнь «перепил» ее состояние походило мало. Катька решила было, как водится, поправиться бутылочкой пивка, но стало только хуже."

"– Паленый коньяк был, – сказала она, – небось в ларьке брали, не в магазине, вот самопал и подсунули, хорошо, тапки не отбросила, просто траванулась.

Пришлось Катюше целый день валяться дома, ну а потом голова прошла, желудок запросил есть, и девушка повеселела.

– Значит, последний раз вы видели Раю пятого декабря?

– Ага.

– И не заволновались, что подруга так долго отсутствует? И не забеспокоились? Вдруг случилось несчастье?

– И что могло произойти? – хмыкнула Катька. – А то, что дома нет… Если ее мужик рукава отдирает, значит, она в койке валяется, вот и все дела.

– Где лежал свитер?

– А тут, – кивнула Катя на кровать.

Я подошел к ложу, оглядел его, потом наклонился. Под софой никогда не пылесосили, темно-серые комки пыли покрывали пол ровным слоем. Я мрачно обозревал «равнину».

– И чего там? – поинтересовалась Катя, тоже наклонясь. – Ой, гляньте, какая штучка!

Быстрым движением она схватила нечто, незамеченное мной, и сказала:

– У Райки такой не было, прикольная вещичка!

Я глянул на ее руку и почувствовал, как по спине от затылка к поясу пробежала холодная волна озноба. На узкой ладошке, откровенно говоря, не слишком чистой, лежал золотой браслетик, тот самый, с колокольчиками, подаренный мной Рите.

Катя, не замечая моей реакции, тарахтела:

– Золотой, похоже, жаль, замочек сломался. И откуда он у нее?

– Поносить небось кто-то дал, – еле выдавил я из себя.

– А что? – согласилась Катя. – Вполне может быть.

Я ушел от Кати, унося с собой голубой свитер и браслет. Хитрая девчонка стребовала за них еще сто долларов. Прежде чем отправиться домой, я вновь зашел в фотосалон к Круглову, нашел парня, в одиночестве пьющим кофе, и сказал:

– Спасибо, встретил Кисину.

– Так нема за що, – хмыкнул Павел, – говно вопрос.

– У вас вроде есть еще снимки? Она сказала, вы хотели их в понедельник отдать.

– Отдать? – хмыкнул фотограф. – Тут не офис матери Терезы, а модельный бизнес. Работа денег стоит.

– Но Галина Селезнева пообещала, что снимки сделают по заказу ее агентства «Модес».

Круглов засмеялся:

– Ой, держите меня, люди добрые! Шарашкина контора, а не агентство.