Прекрасные дьяволы

Я сажусь и пытаюсь отползти от него, но он хватает меня за лодыжку и тянет назад.

– Что ты делаешь? – спрашивает он, нависая надо мной, точно темный бог.

– Я, эм… У меня месячные. Сегодня последний день. Я забыла, – бормочу я в ответ, выдавливая из себя слова.

Мне стыдно произносить это вслух, и более того, я разочарована. Мое тело так напряжено, так нуждается в освобождении, и тут меня словно холодной водой окатили, напомнив, почему нам нельзя это сделать.

Мэлис замирает. Его взгляд перемещается с моего лица на обнаженную киску. Он проводит пальцем по моим складочкам, жадно наблюдая, как я выгибаюсь и стону от его прикосновения. По телу словно пробегает электрический разряд. Мэлис пожирает меня настойчивым взглядом, впитывая мою реакцию.

– Ты думаешь, я боюсь каких-то жалких капель крови, солнышко? – спрашивает он с мрачной дразнящей ноткой в голосе. – Ты, похоже, не так уж хорошо меня знаешь.

Мое лицо горит, и я закатываю глаза.

– Нет, я не думаю, что ты боишься крови. Но это не то же самое, что…

– Ничто в этом чертовом мире не удержит меня от желания трахнуть тебя прямо сейчас, – говорит он низким, почти рычащим голосом. – Определенно, не это.

Он так уверен в себе и в том, чего хочет…

Я облизываю губы, глядя на него исподлобья.

Я втягиваю воздух, когда он вытаскивает мой тампон и бросает его в мусорное ведро в углу. Что-то в его решительных движениях заставляет мое желание разгореться еще сильнее. Я чувствую, как каждый дюйм моей кожи становится особенно чувствительным, а все мое тело готово к тому, что произойдет дальше.

Опустившись на колени между моих раздвинутых ног, Мэлис сбрасывает с себя одежду, обнажая татуировки и рану на боку, которая все еще заживает, – толстую неровную и розоватую линию. Он хватает меня под колени и раздвигая ноги шире. Его руки грубые и властные. Каждое прикосновение собственническое и повелевающее, будто я принадлежу ему. Будто он может делать со мной все, что захочет. Будто мое тело – его, и он может трахать меня так, как ему заблагорассудится.

От этого у меня мурашки бегут по спине, потому что, хорошо это или плохо, но это то, чего я хочу. Я хочу, чтобы он взял меня. Хочу, чтобы использовал меня. Сейчас я не нахожу в себе сил притворяться, словно это не так. Я не могу продолжать лгать себе или пытаться спрятаться от правды.

– Только глянь, – бормочет он. – Твоя прелестная розовая киска такая влажная и скользкая. Ты скучала по мне, я знал это. Скажи, что хочешь меня.

Я облизываю губы, и мне требуется несколько попыток, чтобы обрести дар речи.

Его губы изгибаются в довольной улыбке, которая делает его еще более опасным. Он такой же настойчивый и доминирующий, как и в первый раз, когда мы занимались сексом, но сейчас все даже лучше. Может, потому что это не первый раз.