Прекрасные дьяволы

Запах пепла и дыма усиливается, у меня слезятся глаза – а, может, это из-за руки Ильи на моей шее.

Внимание Ильи сосредоточено на мне, глаза прищурены. Он держит меня за горло, но мерцающий свет, наконец, привлекает и его внимание. Ублюдок поворачивает голову, чтобы посмотреть, и я вижу, как его глаза на секунду расширяются, прежде чем он роняет меня на землю.

Я тяжело приземляюсь, хватая ртом воздух. Шея превращается в кольцо страданий, глотать больно. Дышать тоже больно, но я заставляю себя поглощать воздух, в попытке остановить головокружение. Но едва я успеваю сориентироваться и встать на ноги, чтобы попытаться убежать, как Илья снова хватает меня за руки. Он с силой поднимает меня на ноги и тащит в направлении огня.

– Маленькая дикая сучка, – рычит он. – Это послужит тебе уроком.

Я будто бы пушинка в его руках. Он настолько огромен, что может тащить меня, словно тряпичную куклу. Я упираюсь всеми силами, но этого мало, чтобы остановить его.

Никогда не думала, что пожар может разгореться так быстро, но он уже начинает распространяться.

Жар невероятный, кажется, будто он обжигает мою кожу даже с такого расстояния. Я набираю полные легкие дыма, и во мне растет какой-то невероятный ужас, которого я никогда раньше не испытывала.

Вид оранжевых языков пламени пробуждает во мне едва заметные воспоминания о пожаре из детства – те, в существовании которых я никогда не была уверена. Может, они реальны, а может, я просто выдумала их в своей голове. Но в любом случае, мое тело словно помнит тот жар, помнит страх обжечься, и сейчас все эти чувства пробуждаются во мне, заставляя отчаянно сопротивляться, пока Илья тащит меня к пламени.

– Нет! – воплю я, дергаясь в его хватке и в веревках, которые по-прежнему связывают мои запястья. – Нет, отпусти меня! Нет!

– Заткнись на хрен, – рычит он. – Может, если я подправлю твое милое личико огоньком, чтоб оно стало похоже на все остальное твое тело, ты расскажешь то, что я хочу знать.

Я яростно качаю головой, сердце бешено колотится. Языки пламени охватывают дерево разбитого предмета мебели, и тлеющие угли взлетают в воздух неподалеку от нас. Я отшатываюсь, пытаясь сохранить дистанцию, но Илья продолжает тащить меня вперед.

Пламя застилает глаза, и все, о чем я могу думать, – пожар. Мои легкие заполнены дымом, и каждый вдох причиняет боль. У меня кружится голова, но холодный ужас не дает мне сосредоточиться. Я должна освободиться от него. Должна сбежать. Я не могу позволить ему сделать это.

Тяжело дыша, я дергаю за веревки, которыми связаны мои руки. Теперь они немного ослабли, и мне удается высвободить одно запястье из пут. Место, где веревка содрала кожу, жжется, но я почти не замечаю боли. Толстый трос падает, и я вырываюсь из хватки Ильи.