Прекрасная буря

Джереми, никогда не оставлявший их наедине надолго, тут же бы прибежал.

Дэймон приподнял ее и отнес в тень, туда, куда не доставал свет висящего над дверью каюты фонаря. Здесь их никто не мог увидеть, хотя им нужно было соблюдать тишину, так как Джереми находился прямо за стеной.

Тут Дэймон поставил Жак на ноги, и она позабыла обо всем, так как он снова начал ее целовать.

– Ты ведь привычна к морю, – прошептал он. – Ты лазала на мачты, ты стояла за штурвалом. Я думаю, эта часть морской жизни тоже тебе понравится. – Он повернул ее лицом к стене и сказал: – Приготовься, Жак!

Даже не спрашивая, к чему, она уперлась руками в стену и только охнула, когда Дэймон приподнял ее рубашку и одним рывком спустил вниз бриджи и панталоны. Ей пришлось прикусить губу, когда он начал целовать то, что открылось, включая ягодицы. Жак повернула голову и увидела, что Дэймон стоит на коленях, покрывая поцелуями ее нежную плоть. Не прекращая ее целовать, он просунул одну руку между ее ног, и она почувствовала, как его палец скользнул внутрь нее. Его движения, то медленные, то быстрые, заводили ее все больше и больше. Да, именно этого Жак хотела, именно этого ей не хватало столько дней! Девушка закусила свою ладонь, чтобы не застонать от наслаждения.

Дэймон мягко шлепнул ее по обнаженным ягодицам, поднялся и прошептал ей на ухо:

– Я был прав!

Боже, еще как! Жаклин повернулась. Она успела его поцеловать, прежде чем они услышали, как открывается дверь каюты. Затем ее позвал Джереми. Дэймон помог ей быстро привести одежду в порядок и вывел на освещенное место, где их мог увидеть стоявший в дверях каюты Джереми.

– Мы услышали всплеск и подумали, что там кит, – сказала девушка брату.

Джереми стоял на верхних ступеньках трапа и сверлил их мрачным взглядом.

– Держи руки подальше от нее, и стойте на свету, – пробурчал он и вернулся в каюту."

"Жаклин еле слышно выругалась. Похоже, брат начал читать ее мысли, настолько вовремя он вышел из каюты. И так было всю эту неделю – стоило им с Дэймоном найти уединенное местечко, как Джереми возникал где-нибудь неподалеку и начинал ее звать. Однажды ночью он даже забрался в воронье гнездо на мачте, когда они с Дэймоном выскользнули из каюты, думая, что он спит. Но Джереми не спал. Каждый раз, как он их замечал, Жак приходилось с немыслимой скоростью поправлять платье. Но по большей части Джереми не позволял им оставаться наедине. Ни одна гувернантка не была бы хуже него. Только сегодня им удалось ненадолго от него скрыться – но этого было слишком мало!

– Я начинаю жалеть о том, что выпустил его на свободу, – засмеялся рядом Дэймон.

– Это было правильное решение, – напомнила ему девушка. – Но, конечно, временами брат слишком назойлив.