Преисподняя

 — А ты не бойся, братишка! Я буду вести себя так целомудренно и жеманно, что даже тебе тошно станет.

На этот раз Даг тоже рассмеялся.

Суль присела в глубоком реверансе перед королем Кристианом, упитанным двадцатитрехлетним мужчиной, у которого при виде ее загорелись глаза. Но поскольку он уже третий год был женат и имел другие связи, ему удалось обуздать свои чувства. Впрочем, это не помешало ему отметить про себя ее имя и адрес.

Множество других дворян различного возраста и внешности выказывали к ней огромный интерес. Некий Кристиан Фрийс тут же посватался к ней, двое других юношей, Гюльденстьерне и Билле, настойчиво добивались ее благосклонности.

Суль была в центре внимания на балу. Она вела себя очень сдержанно, при этом беспрестанно строила всем глаза. Танцы, которым обучила ее Шарлотта, оказались, к сожалению, уже не модными, но кавалеры наперебой пытались учить ее, и она тут же схватывала новые движения. Она была возбуждена, но ей не стоило никакого труда держать себя достойно, поскольку ее не интересовал ни один мужчина.

Однако на этом балу произошло нечто такое, что положило конец ее замечательной жизни в Копенгагене.

Вокруг нее было столько мужчин, что она не обращала внимания на остальных гостей. Но вдруг она почувствовала, что за ней кто-то наблюдает — и не только это: Суль не могла не почувствовать поток ненависти, направленный на нее. В тот же миг она обнаружила того, кто посылал ей эти преисполненные ненависти сигналы. Это была женщина, которую она мгновенно узнала — «первая дама» маэстро колдовства, как ее называла про себя Суль, та, что говорила с ней в том сомнительном подвале. Оказывается, она занимала положение в свете! Неудивительно, что она была так напугана тогда. Очевидно эта женщина задумала что-то злое. Суль решила быть настороже.

Король был одним из первых, кто напился вдребезги: его вынесли из-за стола и уложили в постель."

"Суль и раньше бывала на праздниках, не раз видела безудержное обжорство и пьянство, но то, что происходило здесь, перекрывало все границы. Здесь среди мужчин было принято вставлять два пальца в рот, если есть больше было уже нельзя. Находились и такие, кому невмоготу было выйти за дверь, так что слугам приходилось подтирать за ними. «Свиньи!» — с презрением подумала Суль, и ей захотелось домой. Какой-то мужчина подошел к ней и вежливо поклонился.

— Фрекен Суль? С Вами хочет поговорить Ваш брат. Он ждет вас внизу.

Суль поблагодарила его, несколько удивившись, и спустилась по лестнице вниз, в богато обставленную комнату. Некоторое время она стояла в растерянности. В комнате было несколько дверей, все они были закрыты. Меньше всего Суль хотелось очутиться в чьей-нибудь спальне. И поскольку Даг не появлялся, она снова поднялась в зал.