Безбесыш. Предземье

Не хочу с ним снова ругаться."

"— Либо же малой, и Ханса прикончит, и удрать потом сможет, — озвучил последний вариант я — Такое тоже возможно, хозяин.

Ещё одна проверка моих догадок. Скорее всего Коню уже давались инструкции на сей счёт, но даже любой намёк для меня лишним не будет.

— И пусть, — отмахнулся пузан. — Если вдруг что — поймаем. Не мы, так дружинники. А то и ребята Сердолика. Те ведь тоже будут рыть землю. Но лучше, чтобы всё-таки наши нашли. Живым брать не станем.

— Не верите, что придёт под тот мост, хозяин? — прищурился я.

— Почему же? — округлил глаза Ангус. — Если Ханса прикончит, девять из десяти, что придёт. Куда ему после такого? На Землю разве что. Но туда, если целит, то раньше сбежит из трактира. Я же не просто так велел в порту лучников подержать эти дни. С трудом верится, что мальчишка с паршивого Муна мог так лихо поднять свой отмер, но его потолок по долям тоже чудо, пусть и чуть меньшее. Я не хочу, чтобы меня обвёл вокруг пальца сопляк, убивший четверых ребят Береста. Это стало бы ударом по моей княжеской чести.

— Не обведёт, хозяин, — успокоил я Ангуса. — Сунется в порт — считай, труп. Только я с Зимой не согласен и ставлю на то, что малой к вам на службу попросится.

— Самый вероятный и самый удачный для нас вариант, — согласился пузан. — Смотри, чтобы тот, кого поставишь дежурить под мост, не сглупил. Пусть лучше даже не знает, что мы хотим избавиться от пацана. Приведёт сюда, и ты уже спокойно прикончишь мальчишку. Без своего смертоносного дара он тебе не противник.

В этот миг в дверь вежливо постучали. Похоже, моя посуда доставлена. Интересно, толстопуз имеет привычку подолгу болтать вечерами со своими охранниками, или на этой деловой беседе всё и закончится?

* * *Нет, Конь, как и его седой напарник не были заместителями курирующего гильдию воров дворянина и руководящей работой — слава звёздам — практически не занимались, заведуя исключительно охраной племянника князя Волкова. Те поручения, что телохранителям Ангуса приходилось порой выполнять, всегда имели чёткие рамки. Участие в планировании операций они не принимали. Тот случай, когда пузан во время ужина делился с телохранителем своими мыслями, рассуждая вслух, был скорее исключением из правил.

И это было мне на руку. Окажись у Коня больше обязанностей, мои шансы засыпаться на незнании ситуации возросли бы кратно. Я и так эти дни балансировал на грани раскрытия. Особенно сложно мне приходилось, когда малообщительный обычно Зима начинал лезть к Коню с разговорами. Выбрав верную, как показало дальнейшее, тактику, я упорно изображал накативший на Коня приступ внезапной угрюмости и отделывался от седого малоинформативным бурчанием.