Представитель (ПВ-6)

Анна значительно смогла бы усилить его, выведя работу нашей службы на новую высоту.

— Но как тогда быть с «ответом» на убийство наших граждан? Он ведь обязан быть, — заметил тогда Сталин. — Вы же так формировали противодействие террору против наших специалистов.

— Завербованный нами агент покажет, что у нас тоже есть сравнимые с англичанами возможности.

— Не подставите ли вы его таким образом?

— Среди его подчиненных есть один троцкист. Британцы используют его для скармливания дезинформации Коминтерну, одной из его ячеек. На него он и переведет все подозрения.

— Хорошо, — кивнул Сталин, — действуйте.

Запущенные тогда события сейчас сами привели к тому, что верный Иосифу человек займет столь ответственный пост, и все будет выглядеть довольно естественно. Главное, чтобы Кондрашев сумел и новые обязанности выполнять на том же уровне, что и «убитая» Белопольская.

Глава 19

Июнь 1938 года

К моей удаче рекомендацию на имя Кондрашева удовлетворили, и мне удалось скинуть с себя обязанности главы института. Да, поначалу еще помогал Андрею, но ему хватило недели, чтобы вникнуть в процесс и больше он уже за советом ко мне не бегал. И это к лучшему, потому что я по уши ушел в работу информбюро.

В первую очередь требовалось внимание в Польше. Да, официально там допустили коммунистическую партию к власти, но вот члены Санации не смирились с тем, что их «прогнули». Попытки очернить представителей партии перед выборами шли одна за другой. Требовалось срочно купировать этот процесс, который, казалось, набирал обороты. Кроме этого были и откровенные попытки запугивания, и подставы. Особенно тяжело было с последним. Каждую подставу раздували в польских газетах до размера массового явления, а когда через того же Берегового мы передавали ноту протеста, то Моравецкий и МИД Польши лишь «делали круглые глаза» и разводили руками. Приходилось по каждому такому случаю давать опровержение, искать истинных виновников подстав и предавать огласке их имена. А затем и вовсе продавливать привлечение этих людей к суду.

В какой-то момент я плюнул, и выкатил в газетах, курируемых информбюро, статью о «непорядочности в отношениях» министра иностранных дел Польши Юзефа Бека. А конкретно — о его изменах своей жене, пока та была жива. Это был более чем жирный намек польским элитам — если они продолжат в том же духе, то могут прочитать о себе и более «горячий» компромат. Члены санации вняли и наконец прекратили очернять своих соотечественников-коммунистов.

После этого я перевел свое внимание на работу информбюро во Франции и Испании. До этого выпуском материалов в этих странах и редактурой занимались несколько корреспондентов, но перед ослаблением напора наших войск на фронте требовалось подготовить союзников морально.