Предназначенный

Она улыбнулась, но мягко оттолкнула его руку.

— Рефаим, остановись. Будь серьезнее. Видение Афродиты не шутка.

— Разве ты не говорила мне, что Афродита предсказывала смерть Зои? Дважды. Так же, как и ее бабушке? Каждый раз предсказания позволили им избежать смерти. — Рефаим ласкал ее щеку и нежно поцеловал, прежде чем сказать, — Мы будем так же использовать эту концепцию для предотвращения моей смерти.

— Ладно. Думаю звучит неплохо. — Она прижала его руку к своей щеке. — Но хочу кое-что уточнить. Дракон кто-то вроде ключа, поэтому тебе на самом деле надо держаться от него подальше.

— Да. Знаю, — он погладил ее по голове, наслаждаясь мягкостью волос, и его пальцы медленно соскользнули вниз по ее шее и плечам.

— Рефаим, пожалуйста, послушай меня, — Стиви Рей захватила его лицо между ладонями и остановила эти прикосновения к своим волосам и коже.

— Я слушаю тебя, — с неохотой он сосредоточил свое внимание на ее словах.

— Я думала о том, что, может быть, я не права. Может тебе надо остаться здесь и не ходить в школу, и конечно же не идти на какой бы то ни было ритуал, который мы будем проводить на ферме бабушки Зет, или в конце концов хотя бы ты держись подальше от нее, пока мы не выясним больше деталей о видении Афродиты.

Рефаим убрал ее руки со своего лица и задержал в своих.

— Стиви Рэй, если я сейчас начну скрываться, когда это закончится?

— Не знаю, но главное я знаю, что ты будешь жить.

— Есть вещи похуже смерти. Быть в плену у страха — одна из таких вещей, — он улыбнулся. — На самом деле я смотрю на все это с позитивной стороны. Видение означает, что я и правда человек.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Конечно ты человек.

— Я выгляжу как человек, по крайней мере до тех пор, пока не взойдет солнце. То, что я смертный, делает меня таким, каким я представляю себя.

— Но разве осознание того, что ты потерял свою бессмертную кровь, не наводит на тебя грусть?

— Нет, это делает меня немного более нормальным.

Ярко синие глаза Стиви Рэй расширились.

— Знаешь, что еще это значит? То, что ты больше не часть крови Калоны.

Рефаим пытался понять, почему Стиви Рей так уперто отрицает его отца. Он правда пытался, но не мог, потому что его защитное, почти злобное чувство нахлынуло на него, когда она попыталась отгородить его от крылатого бессмертного.

— Веришь ли ты, что отцом его делает нечто большее, чем кровь? — Он говорил медленно, пытался обосновать свои чувства и найти среди них настоящие.

— Ага, безусловно, — ответила она.

— Тогда само собой разумеется, что отсутствие крови автоматически тоже не лишает звания отца. — До того, как она смогла опровергнуть то, что он сказал, он продолжил.