Предназначенный

На грубой цементной туннельной стене позади кушетки она повесила часть метательных ножей Дария, как украшение. Она также навесила золотые кисточки, украшенные бисером, на каждую рукоятку ножей. Правда. Ее кровать была огромна. Невероятно огромна. Сегодня вечером пуховое одеяло было из фиолетового бархата, расшитого золотыми цветами. И миллионы пушистых подушек. А для ее ужасной персидской кошки, Малифисент, была специальная кошачья подстилка, которая лежала возле нее. Только в этот момент Малифисент была не там. Она покровительственно свернулась в клубок на коленях Афродиты. Афродита лежала среди своих бесчисленных подушек, выглядя страшно бледной. Дарий положил свернутую влажную бумажную салфетку на ее глаза, и она была уже розовой. Я почувствовала себя немного лучше, когда увидела, что она ласкала Малифисент, что означало, что она была в сознании. Но вся моя радость ушла, когда я приблизилась к кровати, и ужасная кошка начала на меня выть.

— Кто это? — голос Афродиты был необычайно слаб и испуган.

Дарий коснулся ее лица.

— Это Зои и Старк, моя красавица. Ты знаешь, никого другого я бы не допустил внутрь.

Старк сжал мою руку, затем отпустил. Я послала быструю, безмолвную молитву Никс.

""Пожалуйста, помоги мне быть Верховной жрицей, в которой так нуждается Афродита.""

И тогда я начала играть роль, которая все еще была слишком трудна для меня.

— Я принесла несколько полотенец и прохладную воду, — сказал я оживленно, двигаясь в сторону кровати и смачивая одну из тряпочек. — Не открывай глаза. Я хочу сменить эту бумажную салфетку.

— Хорошо, — сказала она."

"Ее глаза и вправду остались закрытыми. Но они все еще источали кровь. Ее аромат достиг меня, и на мгновение я подумала, что у меня появится чувство вроде ""Ой, божечки, какая вкусняшка, я хочу съесть это"". Но оно не появилось.

Афродита не пахла как человек. Я попыталась вспомнить, как пахла ее кровь в прошлый раз, когда у нее было видение, и потерпела неудачу — что означало, что скорее всего тогда запах также не был нормальным.

Я отбросила эти мысли в сторону и села на кровать рядом с ней.

— Также я принесла с собой бутылку воды. Ты уже хочешь пить?

— Да. Вино. Красное. У Дария оно есть.

— Моя красавица, пожалуйста, в первую очередь выпей воду.

— Дарий, вино помогает от боли. И принеси мне Ксанакс из моей сумочки. Это тоже поможет.

Дарий не двигался. Он лишь посмотрел на меня.

— М-мм, Афродита, может выберешь что-нибудь одно между Ксанаксом и вином? Все вместе совсем не кажется полезным, — сказала я.

— Моя мама все время употребляет их вместе, — отрезала она. Потом ее губы сложились в линию. Афродита глубоко вздохнула и сказала. — Выбор сделан. Остановлюсь на вине. Я. Не. Моя. Мама.

— Ты определенно не твоя мама, — согласилась я.