Предназначенная

Сдерживало его лишь то, что вместе со мной умрет тело Элис.

— На другой ответ я и не рассчитывал, — произнес он сквозь стиснутые зубы.

— Это еще что значит? — возмутилась я. — Намекаешь, что я бесчувственная эгоистка?"

"Рейден воздел глаза к потолку. Я посмотрела туда же, но ничего интересного не заметила. Он что молится? Просит у местного бога терпения? Ну-ну.

— Видишь круглый диск на небе? — мужчина, указав на окно, резко сменил тему. Похоже, бог все-таки ответил на его молитвы, и он сумел переключиться.

— Ты о Луне? — к этому времени солнце зашло, и на небе снова светила та самая не родная мне Луна – огромная и синяя.

— Мы называем ее Илагрия, — поправил Рейден, — или волчье солнце. Оно всходит раз в четыре декады.

— А декады – это…

— Десять суток. Ровно столько же Илагрия остается на небе, затем скрывается на три декады, чтобы потом выйти вновь. Это важно по одной причине – в декаду волчьего солнца таким, как мы, особенно сложно контролировать свою звериную натуру.

Я слушала внимательно. Рейден не из тех, кто читает лекции просто так. Раз уж он снизошел до объяснений, его слова имеют значение.

— В декаду Илагрии цивилизованные оборотни пьют зелье, чтобы не превращаться в волков, — мужчина достал из внутреннего кармана пиджака стеклянный флакон с прозрачной жидкостью. Открыв его, протянул мне.

Я подошла и взяла флакон. Едва ли Рейден задумал меня отравить. Ведь умру не я, а Элис. Ну, или мы обе.

Я поднесла флакон к свету. В жидкости то здесь, то там возникали синие водовороты. Красиво, но не по человечески как-то. Жидкость явно обладала магическими свойствами.

— Это зелье ты принял в ночь нашего знакомства?

— Именно, — кивнул мужчина. — У него есть побочные действия. Будешь чувствовать себя пьяной, притупятся способности оборотня, но к утру все пройдет. Выпей. Зелье поможет тебе остаться в человеческом обличии.

А я все гадала, как оборотень с его идеальным слухом и зрением не признал воспитанницу. По идее он должен отлично видеть в темноте. Вот он виновник неловкой ситуации – у меня в руке. Зелье временно лишило мужчину способностей. Даже мой запах в ту ночь он почуял, только оказавшись в непосредственной близи.

Рейден упомянул цивилизованных оборотней, к которым он причислял и себя. Они не перекидываются, глушат звериную натуру зельями, стремятся быть людьми.

— Какой в этом смысл? — поинтересовалась я. — Вы наделены силой быть прекрасными животными. Свободными и бесстрашными. И сами от этого отказываетесь.

— Ваши речи, юная леди, ересь, — раздалось из коридора.

Рейден не до конца прикрыл дверь, и нас подслушали. Хорошо, долговязый мужчина, смотрящий на меня с неодобрением, расслышал лишь последние слова, а не весь разговор.