Предназначенная

Оборотень может хоть гаремом обзавестись, а тянуть его все равно будет ко мне.

Теперь понятно, о каком сюрпризе говорил Лэйн и почему он в свой праздник такой мрачный. По идее, меня эта новость должна обрадовать. Я же не хочу быть с Рейденом. Тогда с какой стати мне больно? Ощущение, будто меня предали."

"Мне срочно требовалось выйти на воздух, но я не могла двинуться с места. Так и стояла, глядя на мужчину на сцене.

Он тоже кого-то высматривал в зале. Я поняла кого, только когда наши взгляды пересеклись. В его я прочла обреченную решимость.

— Прости, — словно говорил он, — так будет лучше для всех.

Хотелось рассмеяться ему в лицо. Такой путь ты избрал, оборотень? Используешь Сабину как забор между нами? Уверен, что поможет?

Мне стало жаль его, а еще сильнее себя. Мы думаем, что бежим друг от друга, а на самом деле мы – белки в колесе и бегаем по кругу. Выхода нет. Вместе быть не желаем, порознь не можем…

Вот я, например, не хочу, но ревную. Как будто этот мужчина – моя собственность, а Сабина нагло на нее покусилась.

И тут такая злость на меня накатила. Всепожирающая, затмевающая разум. Будь у меня автомат, расстреляла бы всех в зале. Я злилась на бабку, которая отправила меня черт знает куда, на оборотня, который сам не знает, чего хочет. Даже на Айзека, который для меня недосягаем по прихоти природы. А главное на ту самую природу, которая вмешивается в чужие жизни без спроса.

Именно злость вернула мне подвижность. Тряхнув головой, я устремилась к выходу в сад. Скорее на воздух. Еще минута в душном зале, и я погибну.

Глава 27. Тысяча и одна ночь

Я шла к двери в сад, не разбирая дороги. Кого-то зацепила локтем, парочку гостей чуть не сбила с ног, сама едва не растянулась на скользком полу. Мой проход по залу попал в центр внимания. Будет гостям еще один повод для сплетен.

Наконец добралась до стеклянной двери. Рванула ее на себя и вывалилась в сад. Свежий воздух, напитанный ароматами цветов, вскружил голову. Для ночи, перевалившей за середину, было удивительно светло. Я посмотрела в небо. Вот она – источник света и одновременно всех проблем цивилизованных оборотней – Илагрия.

Как все-таки быстро пролетело время. Прошло уже три декады, и местная Луна вернулась. Когда я собиралась на званый вечер, на тумбе у кровати заметила колбу с зельем против смены личины. Кто-то позаботился обо мне. Но я зелье не приняла. Не хотела быть пьяной.

По ступенькам я спустилась в сад. Меня раздирали противоречивые чувства. В последний раз я была такой эмоционально нестабильной в подростковом возрасте, когда мальчик, который мне нравился, на моих глазах поцеловал другую девочку. Ей я вырвала клок волос, а ему поставила фингал.

Но мне было четырнадцать! Всему виной взбесившиеся подростковые гормоны.