Наследие предков

— И кто они? — еще больше нахмурился Стечкин.

— Вы же должны понимать… Когда разгром Третьего рейха был лишь делом времени и в руководстве рейха это понимали, начались разработки законсервированных на особый период планов эвакуации достояния империи. Однако люди, что руководили этими проектами, были разобщены некоторыми факторами. К примеру, были те, кто хотел заключения сепаратного мира с Британией и США в пользу открытия совместного фронта против Советов. Были те, кто разочаровался в Адольфе Гитлере как в лидере нации и рейха за его ошибки, приведшие к катастрофе. Но были и те, кто всегда оставался верен фюреру. Между группировками начались интриги и вражда. Это сыграло не лучшим образом в отношении эвакуации многих важных вещей. В итоге носителей идей, знаний и тайн рейха разбросало по всему миру.

— Например? Ну, про Чили я понял. Где еще?

— Вам что-нибудь говорят такие имена, как Вернер фон Браун? Или Отто Скорцени? Фон Браун с группой своих инженеров и офицеров СС обосновался в США и впоследствии стал отцом и руководителем всей американской ракетной и космической программы.

— Американцы его поймали, — усмехнулся Стечкин.

— Если бы он не хотел, его бы не поймали. Просто фон Браун решил для себя, что работать на американцев будет лучшей долей. И тогда остальные потеряли тот сегмент знаний, что отвечал за ракетную программу рейха. Скорцени бежал в Испанию. В то время там правил Франко. Позже Скорцени спутался с израильской разведкой. Однако этим он не только обезопасил себя от их мести, но и стал поставщиком важной информации для тех основателей, что осели в Аргентине и Чили. Но были и те, кто практически порвал с остальными и обосновался в Антарктиде.

— Даже так?

— Представьте себе. Наиболее многочисленные поселения и колонии рейха были именно в Южной Америке. И многие функционируют до сих пор. Например, наша колония. Последние перед большой войной годы новые Чилийские власти, правда, пытались покончить с нами. Но за долгие годы мы крепко культивировались там. Во времена генерала Пиночета мы тесно сотрудничали с его секретной службой ДИНА. Это дало нам нужные связи и силу, которые не подвели нас и после прихода к власти в Чили гнилых либералов.

— Как вы сотрудничали? — прищурился майор.

Пауль замолчал, опустив взгляд.

— Чего молчишь, Гомес?

— Я Рохес. У нас, к примеру, или на вилле Гримальди, существовали тайные пыточные центры для политзаключенных. Промышленный подход к умерщвлению людей и уничтожению их останков.

— От суки, а! — прорычал Шестаков.

— Тихо Эдик, — теперь майор успокаивал товарища. — Глянь на него, он, кажись, чурается такой правды. Стыдно да, Педро?

— Я Пауль. Не могу сказать, что такие вещи вызывают у меня гордость за предков. Я легионер, но не маньяк.