Без предела

Никто не тревожит, желудок больше не беспокоит, и Карл готовился вкусить душевный мир и покой.

В пять утра раздался телефонный звонок, и Мёрк подскочил так, словно звучали пожарная сигнализация и сирена одновременно.

– Проклятие! – с раздражением воскликнул он, увидев время, которое показывали электронные часы. Если только звонили не с сообщением о чьей-либо смерти или хотя бы о введении военного положения, он бросит трубку к чертям собачьим.

– КАРЛ МЁРК! – заорал полицейский в телефон, дабы у звонившего не возникло сомнений в его умонастроении.

– Уф, придурок, заткнись… Что ж ты так орешь?

Голос оказался знакомый. И явно не из тех, что хотелось бы услышать.

– Сэмми, идиот, ты в курсе, сколько времени?

Прошло несколько секунд.

– Дорогая, который час? – тихо обратился к кому-то Сэмми по-английски, явно прикрыв трубку рукой, а затем громко заявил: – Десять часов!

Карл уже закипал. Вот вонючий недоумок…

– А у нас тут пять, чтоб ты знал.

– Карл, черт возьми, ведь именно тебе…

Он рыгнул. Значит, вечеринка либо только что началась, либо только что закончилась.

– Я говорю, ведь именно тебе Ронни адресовал свое дебильное завещание. Думаешь, я не предвидел этого? – В трубке раздался грохот, и вновь Сэмми перешел на английский: – Нет, дорогая, только не сейчас, убери свои ручки, я занят серьезным разговором.

Мёрк посчитал до десяти.

– Если б у меня было на руках это проклятущее завещание, я заткнул бы им твою пасть, чтобы только раз и навсегда покончить с этой хренотой. Спокойной ночи, Сэмми!

Он бросил трубку. Говнюк Сэмми, говнюк Ронни, ублюдское завещание… Ему тошно было думать обо всем этом.

Телефон снова зазвонил.

– И не надо кидать мне в башку телефон, Карл, это я тебе точно говорю. Сейчас ты сам поймешь, тупой сыскарь. Что написал Ронни в своем завещании? Неужели ты и впрямь присвоишь себе все дерьмо?

– Хватит! Ты еще и обзываешься? За это, Сэмми, тебе полагается до пяти суток заключения. Ведь ты оскорбляешь меня далеко не в первый раз, верно?

В трубке прозвучал томный вздох и смех девушки."

"– О да, золотце, только погоди пару минут, ладно? Да, Карл, извини, просто шлюшка тут немного… – Сэмми заржал, как конь. – Ох, черт… Ну ты сам знаешь, как это бывает. Карл, я только хотел сказать, что ты славный малый. А с завещанием давай разберемся вместе, договорились? О боже, девочка моя…

На этом соединение прервалось. И теперь Карлу предстояло обдумать разговор. В течение оставшейся ночи.

* * *Явившись в полицейское управление около одиннадцати, Мёрк не был настроен ни знакомиться с материалами дела, ни воспринимать внушительную картину, представшую перед ним в подвальном коридоре.