Предел риска

— Отправителя не заметили? — напрягся Степан.

— Как же, заметил! — закивал консьерж, — Там две конторы. Вот, здесь все стоит.

Старичок протянул Степану листок бумаги. Ажуров прочел ровные буквы, смял листок и прикинул, что в длинном списке дел он непременно отыщет часок, чтобы навестить двух неугомонных любителей романтики. И каждому накостыляет по этой самой романтики. Нет, пожалуй, накостыляет только одному любителю. Второго трогать не станет.

***

Сладкое, почти невесомое, но четко ощутимое тихое счастье размеренно плескалось в душе Ядвиги. Пожалуй, именно так и выглядел тот самый предел мечтаний наивной девчонки, живущей в сердце Избушкиной. Очень романтичной, иногда вредной, но пугливой, точно юркая синичка, взлетевшая на карниз.

Ядвига сидела, устроив голову на крепком плече мужчины. Ей было плевать, что они выбрали не самое чистое место в городе, чтобы полюбоваться звездами. Плевать, что горизонт заволокло тучами, и неожиданно поднялся пронизывающий ветер. Ее согревало горячее дыхание и теплые руки, источающие уверенность и силу. Эти руки внушали, что она в безопасности, дома, под охраной могучего и сильного дракона, и всяким личностям, мнящим себя принцами, не пробраться мимо вездесущего охранника. Словом, Ягушка не хотела двигаться и на миллиметр от своего Кружавчика. Все еще боялась окончательно поверить ему, но и уходить от него не собиралась. Напоминала себе ту самую, пресловутую собаку на сене. А все равно ничего поделать с собой не могла. Да и, собственно, не хотела."

"— Не замерзла? — тихо пробормотал Степан на ухо. Он бы с радостью утащил Ягушку домой, но сегодня день принадлежал ей, ее капризам, желаниям, даже самым абсурдным, вроде попрыгать на детском батуте в развлекательном центре. Степан улыбнулся, когда вспомнил, как его Яга прыгала и визжала от радости. И ладно бы сама, так еще и Емелю утянула. Пыталась и его, Степана, но у нее не вышло. Слишком тяжелым казался Ажур, и бедняга-сотрудник, краснея и пыхтя, тактично просил не поддаваться уговорам именинницы.

— Нет, все хорошо, — тихо ответила Ядвига. На самом деле она устала за день, скорее эмоционально, нежели физически. Но ей не хотелось покидать крышу дома, где была расположена квартира Степана. Не хотелось даже на миг сомкнуть глаза, чтобы не пропустить и минуты этого прекрасного дня.

Однако на крыше действительно становилось холодно, и Ажур принял решение утащить Ягушу в дом. Поднялся на ноги, помог ей встать.

Девчонка в его руках казалась хрупкой и беззащитной. Ее взгляд был капельку рассеянным, но ничего более соблазнительного Степан не видел в своей жизни. Кажется, он соскучился. Пусть и сидел, прижимаясь к ней едва ли не всем телом. Но он определенно скучал. По ее телу, обнаженному и чуткому, отзывчивому и горячему.