Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Пробудем здесь несколько дней, — оглянулся сидящий впереди Саблин. — Съездим к фьордам, на озёра, погуляем по здешним достопримечательностям. Когда ещё удастся так спокойно отдохнуть?

— Мне нельзя, на работе ждут.

— Подождут, я всё улажу.

Устинья нерешительно сморщила носик, встретила понимающий взгляд Прохора.

— Вы что-то недоговариваете.

— Доберёмся до отеля, поговорим. Ничего особенного, — успокоил её Прохор. — Есть кое-какие проблемы, но они вполне решаемы.

Саблин искоса посмотрел на друга, однако возражать не стал. По его мнению, пугать Устю какими-то Охотниками, гоняющимися за Прохором из другого измерения, не стоило.

Доехали до кемпинга, расплатились с водителем.

— Я сейчас договорюсь с ребятами на вечер, мы будем разбирать сегодняшние полёты, и вернусь. — Устя умчалась к подъехавшему фургону команды.

— Нам придётся рассказать ей о Прохоре-11, — рассеянно пробормотал Прохор, провожая девушку глазами.

— Я только что хотел предупредить тебя, — ответил Саблин, — чтобы ты не вздумал сообщить ей об этом. Усте ни к чему знать о существовании «родичей» из других измерений.

— Будет хуже, если мы случайно проговоримся и она поймёт, что всё не так просто.

— Мы?

— Ну я. Да и Охотники могут объявиться поблизости или того хуже — вселятся в неё. На мой взгляд, ей нужно аккуратно рассказать всё, в пределах необходимого.

Саблин подумал, разглядывая толпу туристов.

— Может, ты и прав. Сам соображай.

Прибежала Устинья, счастливая и радостная.

— Всё, договорилась, до вечера я свободна, как ветер. Куда идём?

— Сначала покажем, где мы поселились, — взял её за руку Прохор. — Потом пойдём обедать.

— Обедайте без меня, — отказался Саблин, берясь за айком, — у меня дела. Встретимся часа через полтора, освобожусь, позвоню.

Он заговорил по мобильному и отошёл.

Устя с сомнением посмотрела ему вслед.

— Неудобно получается…

— Не переживай, Дан деликатный человек, он просто дал нам время побыть вдвоём.

— Вот поэтому и неловко."

"Они вошли в двухэтажный, с деревянными полуколоннами, вделанными в стены, отель, возле которого царила суматоха: подъезжали и отъезжали машины, толпами входили и выходили туристы, слышалась разноязычная речь, шутки и смех.

Прохор открыл номер, пропустил Устю.

— Конура, — сказала она, разглядывая убранство крохотной комнатушки, где едва умещались две односпальные кровати, столик, тумбочка и стул. Окно номера выходило на близкий лес и горы, поэтому гостей кемпинга видно не было, слышался лишь их приглушённый говор сквозь дверь.

Прохор остановился, отмечая гулкий голос сердца.

Устя оглянулась.

— Что стал? Будешь переодеваться?

Он продолжал смотреть на неё, не двигаясь.