Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Главное при этом — поставить цель, — добавил Таглиб корректно. — Мой учитель говорил: если то, что ты делаешь, трудно тебе, подумай, нужно ли это тебе.

— Я всегда ставлю цель.

— Вы считаете, вам знание формологии необходимо? — В голосе араба прозвучала ирония. — Ведь вы мастер рукопашного боя, а не математик.

— Ещё не уверен, — пожал плечами Саблин, не повышая тона.

— Тогда зачем вы решили заниматься экстремальной беготнёй по числомирам?

— Он меня спасал, — хмуро сказал Прохор.

Дмитрий Дмитриевич посмотрел на обоих, перевёл взгляд на Таглиба.

— Я же говорил, у этих парней большое будущее. Но продолжим, судари мои. Как вы уже знаете, каждой геометрической фигурой управляет своя цифра или число. Как говорил Мандельброт: «Бог не создавал целых чисел, он создал непрерывное поле действительных чисел, а всё остальное — работа уравнений Шрёдингера». Надо объяснять?

— Нет, — сказал Прохор.

— Надо, — сказал Данимир.

— Я тебе потом всё объясню.

— Первичные цифрорезонансы — от единицы до десятки, — продолжал Дмитрий Дмитриевич, — абсолютны и дают реальный плотный материальный спектр, остальные — менее плотный — по мере увеличения числа, хотя и там, в глубинах Бездн, встречаются квазиустойчивые комбинации. Теперь о том, чего вы не знаете. Многообразие всех форм одного и того же материального тела образует плотное непрерывное множество или, если хотите, ещё одно измерение — Ф. Для каждого объекта — свой спектр, в котором этот объект может существовать на физическом уровне, практически не меняя внутренних качеств. Если цифры структурируют всё пространство, весь физический континуум, то формы — лишь локальное пространство объекта.

— Формология об этом говорит скупо, — заметил Прохор скептически. — Может быть, вам известны какие-то секретные материалы?

— Всё, что может стать оружием, всегда секретится, — философски заметил Таглиб, сцепив пальцы на животе и разглядывая гостей. Судя по всему, арабу явно было интересно наблюдать за их реакцией.

— Каким образом информация о спектре форм может стать оружием? — тем же скептическим тоном осведомился Прохор.

Дмитрий Дмитриевич открыл коробочку, извлёк совсем небольшую друзу кристаллов серебристого и зеленоватого цвета.

— Узнаёте?

— Эргион? — присмотрел Прохор.

— Копия меркабы, «цветка жизни». Ну или, по-нашему, граничный эргион, с помощью которого мы переходим из числомира в числомир. Он структурирует пространство таким образом, что квантово-статистические процессы становятся направленными. Стоит только подтолкнуть их в нужном направлении мыслеволевым усилием, возбудить спусковой механизм.

Прохор наморщил лоб, посмотрел на Саблина, ответившего ему заинтересованно-недоумённым взглядом.

— Вы хотите сказать…

— Показать.