Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Потом я встретил тебя, и, если бы не ты, я бы сейчас был похож на рефлексирующего интеллигентика в очках и с усиками.

— Почему с усиками?

Прохор засмеялся.

— В одном из превалитетов мой «родич» именно такой: в очках и с усиками.

— Где это?

— В шестьсот шестьдесят шестом числомире.

— Ух ты, это же число зверя!

— Знаю, захотелось как-то проверить, каков там порядок вещей.

— Зверский?

— Ничуть не бывало, оказалось, ничего демонического в тамошней жизни нет, просто государствами правят террористические кланы, каждый день где-нибудь случаются разборки с десятками жертв, границы закрыты, мир воюет по-маленькому и находится на грани всеобщей войны.

— А Россия?

— Россия в таком же положении: воруют, грабят, дерутся за власть, всему голова — деньги. Хотя и там есть хорошие люди, честные, смелые и умные."

"Утром, когда вернулся Саблин из леса, где он совершал утреннюю прогулку, они снова заговорили о числомирах. Затеял разговор Данимир, с удовольствием искупавшийся во дворе Михасёвой усадьбы.

— Расскажи ещё про шестьсот шестьдесят шестое измерение.

Прохор вспомнил любимую девушку «родича»: в шестьсот шестьдесят шестом Ф-превалитете её звали Истанна, и она была прямым начальником местного Прохора Смирницкого, но главное — она его там тоже не любила.

Саблин заметил промелькнувшую по лицу друга тень.

— Что, невесело там?

— Да, жить там я бы не захотел. Хотя есть ещё более невесёлые места, особенно в превалитетах с кучей двоек: в двадцать втором, в двести двадцать втором, в тысяча двести двадцать втором.

— Отрицание Единого?

— Видишь, и ты уже разбираешься в цифрах. Двойки действительно несут сакральный смысл отрицания, и не только единства и цельности, но и всего остального, с кучей негатива. Я дальше двух тысяч цифроформ не спускался, но думаю, что там жить ещё хуже.

— А я кто в шестьсот шестьдесят шестом превалитете?

— Решальщик, — нехотя улыбнулся Прохор.

— Кто? — не понял Саблин, заканчивая вытираться огромным ванным полотенцем.

— Улаживаешь конфликты между криминальными структурами, государством и бизнесом.

— То есть ты хочешь сказать, что я там бандит?

— Очень уважаемый специалист, — возразил Прохор. — К тебе прислушивается даже генеральный прокурор.

— Откуда ты знаешь?

— Покопался в памяти тамошнего Прохора.

— А он кто там?

— Канцелярская крыса, служит в департаменте контроля местной суздальской администрации, считает поступление и расходование денежных средств.

— Чиновник, однако. А Юстина?

— Она там Истанна, непосредственный начальник Прохора, чиновница до мозга костей. Но умопомрачительно красивая женщина, в молодости даже становилась «Мисс Суздаль».

— Круто! И ты с ней…

— Не я, а он, и не с ней, а вообще ни с кем. Да и она бы не подпустила такого.