Я тебя не предавал (СИ)

Что там делают с восставшими мертвецами? Осиновый кол в грудь и серебряный крест на шею? Я обеспечу Минаеву и то, и другое.

А Ира… Моя Ведьма попала в этот круговорот случайно, но так удачно для Минаева. Никто ведь не мог предполагать, что мы с ней встретимся. Да, я тренировал её брата, но этот расчёт был бы слишком с большой погрешностью. Я ставлю на случайность. В конце концов, я мог бы не обратить внимания на восемнадцатилетнюю девчонку. Я мог тогда просто её не заметить.

Ссука! Как всё продолжает менять краски на нашей картине жизни!

Выдыхаю. Огонь внутри не гаснет, но и больше не мешает мне думать."

"Из данных различных архивов, что я изучал в последнее время, мне удалось найти пересечения родов Юнусовых и Минаевых. В дальних поколениях, но это и не важно. Важно лишь то, что сила рода для этих людей всё ещё играет большое значение. У Минаевых в роду тоже были герои. Там они с Юнусовыми и породнились. Но в семье ведь не без уродов. Вот и всплыли Асад, Халид… Такого дерьма везде можно найти с головой. Это уже не кровь, это в башке, это люди. Или нелюди, если посмотреть на моих врагов.

Халид узнал про меня, Иру. Вероятно, узнал он и про Егора. Но на восстановление у него явно ушло очень много времени. Потом он заново входил в силу, собирал преданных людей, возобновлял контакты и наблюдал.

Использовать Асада оказалось очень удобно. Свой, с личной ненавистью ко мне, скользкий, но при этом слабый. Единственная война, на которую способен Юнусов — это война с женщиной.

Слабости… Халид тоже отлично знает эту игру. Все мы умело используем чужие слабости, чтобы уничтожить своих врагов. А чаще всего мужская слабость — это женщины и дети. Даже мерзкий Джага доказал это на своём примере. Ситуация с Серпом всего лишь погрешность. Случается. А Юнусов просто мразь, которая понятия не имеет, что значит любить и дорожить чем-то, кроме собственной шкуры.

И вот сейчас, накопив силы, готовый к удару, Халид Минаев пришёл за мной сам. Какая честь! Может быть, в других условиях я бы оценил. Но не тогда, когда затронута моя семья.

Первым делом набираю Рустама. Он долго не берёт трубку. В ухо пиликают гудки параллельного вызова.

— Егор, ты где? — спрашиваю с ходу, выдавая нерв лишь вибрацией в голосе. В пальцах ломается карандаш. Швыряю его в стену.

— Пап, тут стреляли, — выдыхает он. — И мама…

— Егор, послушай, — перебиваю его, продолжая говорить ровно, чтобы и парень успокоился. — С мамой всё будет нормально. Просто отвечай на вопросы сейчас, ладно?

— Хорошо.

— Дуня с тобой?

— Да.

— Вы в безопасности?

— Наверное. Мы в подвале. Нас мама спрятала, а их забрали, — снова разгоняется он. — Я слышал шаги, голоса.

— Тише, сын, тише. Всё хорошо, — притормаживаю его. — В каком вы подвале? В подполе в гостиной? — догадываюсь я.

— Да, да.