Предательство между нами (СИ)

Это мой подарок. На память оставлю. Чтобы иногда видеть и ненавидеть его. Чтобы никогда не думать о нем хорошо. Не заслужил."

"Нервным движением руки глажу волосы. Чувствую, как на глаза наворачиваются слезы. В последний момент открываю шкаф и... Утыкаюсь носом в куртку Виктора. Запах его втягиваю.

В последний раз.

Вода больше не льется. И я, не дождавшись, когда Виктор выйдет, открываю дверь и вылетаю из квартиры.

Я смотрела ему в глаза все то время, что сидела на столе, а он стоял напротив меня. Я запомнила каждую черту его лица. А так же его слова, которые до сих пор набатом стучат в висках. И которые я никогда в жизни не забуду.

Олеся ждёт внизу, прямо у подъезда. Увидев меня чувствует что-то неладное и сразу, достав из кармана телефон, наверное, вызывает такси. Вопросов она не задаёт. Но трясется от холода. Больше получаса меня на морозе ждёт.

Стоим мы минуты две, пока не приезжает авто, в которое мы садимся и едем к подруге.

Не хочу никаких разговоров — Олеся это по моему виду понимает. Всю дорогу обнимает меня за плечи, не отпускает.

Никогда в жизни не чувствовала себя так...

Будто меня как букашку раздавили.

Олеся расплачивается с таксистом. Мы молча поднимаемся в квартиру и я сразу же снимаю с себя пальто, иду в ванную. И опять нет слез, хоть и в доме Виктора я хотела разреветься.

Под струями воды провожу, наверное, больше часа. До тех пор, пока не слышу в дверь нетерпеливый стук.

— Расскажешь? — тихо спрашивает Олеся, когда я ложусь на кровать.

— Завтра. Можно?

— Конечно, — гладит она меня по влажным волосам. — Ты же не забыла о моем дяде, о котором я тебе говорила? — уточняет она. — Я сегодня позвонила ему... Если нужна будет помощь, Маш... Ты мне маякни, хорошо?

— Завтра, — повторяю я, прикрыв глаза. И сразу же вырубаюсь.

Глава 49

Смотрю на свое отражение в зеркале и усмехаюсь. Косметика ничем мне не помогла. Да, темные круги под глазами исчезли. Яркая помада превратила меня в человека, пусть и сломленного, но все же я сейчас не выгляжу как мертвец.

Вымученно улыбнувшись самой себе, открываю воду, понимая, что в таком виду я из дома не выйду. Не нужно было терять целый час, чтобы нанести макияж. Бабушка по моим глазам все поймет. Поэтому не вижу смысла притворяться. Вести себя так, будто счастливее меня никого на этом свете нету. Все равно рассказать придется. Ибо без нее я никуда не уеду. Ее тут сожрут. Убьют. Ведь уже пытались...

— Ты чего? — спрашивает ошарашенная Олеся. — Боже, Маш.

— Так чувствую себя лучше, — честно признаюсь. — И не смотри на меня так. Не жалься надо мной. Я сама во всем виновата.

Виновата, конечно же, только я. Не нужно ни на кого вешать то, чего я добилась собственноручно.