Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

Но кто? Улыбчивая Мейви? Листори? Меррит, считающий себя всезнайкой? Хорошо бы — Колояр, да только он из породы живучих: если надо, зубами перегрызет твари хребет.

— Елки зеленые, — бормотал за моей спиной Барри, пока мы по коридорам и лестницам тащились в верхние аудитории. — Я так полосы препятствий не боялся, как экзамена у мейстери Луэ. А она ведь даже не вудс, и не даггер.

— Она хуже, — хохотнула Медь. — Страшилище.

Я развернулась, сжав руки в кулаки.

— Медея, ты!..

— Кадет Дейрон, вернуться в строй! Кадет Винс, пять штрафных баллов за неуважительное высказывание о преподавателе! — Окрик Эйсхарда не дал разгореться сваре.

Вот все-то он видит, все замечает!

Эфоры привели нас к знакомой аудитории, где чаще всего проходили лекции первого курса. Велели ожидать комиссию и сами отправились на занятия: их у третьекурсников, выполняющих обязанности эфоров, никто не отменял.

Каких усилий мне стоило не повернуть головы, чтобы проводить Тайлера взглядом! По крайней мере сегодня он может не опасаться за мою жизнь: я оставалась в надежных руках мейстери Луэ.

— Группа, удачной сдачи экзамена! — раздался голос Тая.

Он задержался, чтобы подбодрить нас. Взгляд синих глаз остановился на мгновение на моем лице, и стало понятно, что по большей части слова адресованы мне.

— Здесь вам ничего не грозит. — Он будто бы говорил это Барри. — Вряд ли из-под парт вылезут твари, чтобы сожрать вас.

Первогодки рассмеялись, и не только одногруппники — все, кто услышал.

— Так что выдыхайте, соберитесь с мыслями и сдайте на высший балл! — Тайлер усмехнулся. — Или хотя бы просто сдайте.

— Так точно, командир, — вразнобой ответили кадеты.

Глава 32

Первогодки привычно кучковались у дверей, подпирали стены, некоторые перебирали листы с конспектами, будто надеялись в последние минуты отыскать именно те сведения, которые спасут их на экзамене. Мой учебник и мои записи остались в спальне, куда я так и не успела заглянуть, но я больше не волновалась из-за возможного провала. Погибнуть на полосе препятствий — вот это провал, а экзамен я пересдам.

— Дейрон, смотрю, ты на ногах? — раздался над головой самоуверенный голос с вальяжными нотками. — Когда ты вывалилась на полигон, не поверишь, я за тебя испугался. Но, очевидно, животворящие руки командира Эйсхарда творят чудеса?

— Пошел в бездну, Вернон! — выплюнула я.

Я смело встретила взгляд жучино-черных глаз, которые смотрели с насмешкой и намеком на секрет, доступный немногим: Эйсхард заявил на меня права в споре с Колояром и выиграл. Теперь Вернон подмечал то, чего не видели другие, а самое ужасное — за заботой эфора о своей подопечной он видел правду, которую мы с Тайлером старательно скрывали.