Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

А когда провел языком по коже, где, я знала, собрались капельки пота, я застонала от смущения и острого, бесстыдного удовольствия и вместо того, чтобы отодвинуться, позволила Тайлеру ласкать себя.

— Ярс… снимет с нас… голову… — прерывисто прошептала я, глядя в потолок.

Тай прервался, запустил обе руки в мои запутанные волосы, зарылся в пряди, еще больше путая их, и прорычал:

— Ярс? Снова Ярс? Слишком часто я сегодня слышу это имя!

Я тихонько рассмеялась, хотя ситуация к веселью не располагала, однако Тайлер так забавно терял голову от ревности.

— Ты не можешь меня ревновать, — улыбнулась я и потерлась кончиком носа о его колючий подбородок.

Кадеты всегда должны быть чисто выбриты — в этом отношении Тайлер оставался безупречен, — но прошло полдня, и подбородок Тая сделался шершавым и очень мужественным.

— Не могу? — Голос кольнул льдинками. — Вот как? Я чего-то не знаю?

Он отстранился, от застывшего лица повеяло холодом мраморной статуи. «Морозиться» — словечко, которое я подслушала у рекрутов в гарнизоне, идеально описывало способность Тайлера мгновенно превращаться в кусок льда.

— Значит… Ярс?

Я не позволила ему отодвинуться, обхватила ногами, не пуская от себя.

— Тайлер, ты не можешь меня ревновать. И я не имею права ревновать тебя. Ты помнишь, кто мы? Ты мой командир…

Судя по ошарашенному виду Тайлера, этот немаловажный факт начисто стерся из его памяти.

— Я — подчиненная.

Лицо Тайлера исказилось судорогой боли. Он с силой провел по волосам, ероша их и возвращая себе способность трезво мыслить.

— Но, знаешь… — прошептала я, подаваясь вперед, запрокидывая горящее лицо. — Плевать! Поцелуй меня!

Глава 29

Тайлер застыл. Он взял меня за плечи и держал на вытянутых руках, и так смотрел на мои губы, словно в мыслях жарко целовал меня прямо сейчас. Долг командира, эфора, соблюдающего устав, боролся в нем сейчас с жгучим желанием, и ни одно чувство не могло взять верх. И чем дольше продолжалась его внутренняя борьба, тем сильнее мне хотелось этого поцелуя.

— Мне уговаривать тебя? — с обидой спросила я.

«Нельзя. Нельзя, — металась в голове единственная здравая мысль, почти заглушенная зовом плоти. — Это запрещено… Это опасно для него… Но ведь никто не узнает!»

Тайлер скользнул пальцами по моей скуле, и я, будто кошечка, соскучившаяся по ласке, потерлась о его ладонь. Он рвано вздохнул, подался навстречу и накрыл губами мой рот, раскрывая, проникая горячим языком, и я застонала, оглушенная силой своего влечения.

Ладонь Тая придерживала меня за затылок, лаская, перебирая пряди. Вторая легла на колено, обтянутое брюками, и медленно сжала. Это невинное прикосновение выбило из моих легких весь воздух, и я вынуждена была оторваться от поцелуя, чтобы отдышаться.

— Я напугал тебя? — спросил Тай.