Развод. Предатели

Утром он проснулся не то, чтобы злой, но раздраженный.

Вероника уже усвистала, оставив ему записку с напоминанием о том, что вечером они приглашены на благотворительное мероприятие.

Ланской только выругался, читая строчки, выведенные аккуратным почерком. Сколько уже было этих благотворительных мероприятий? Он сбился со счета. Пару раз в месяц они точно куда-нибудь выходили. В толпу творческих и не очень людей, под вспышки камер и чужое пристальное внимание. И если Вероника чувствовала себя во всем этом как рыба в воде, то Николай уставал. Не физически, нет. Ничего сложного не было в том, чтобы стоять с бокалом в руках и степенно улыбаться. А вот окружение утомляло. То толпа восторженных ценителей искусства, которые с пеной у рта обсуждали абстракционизм. То не менее одухотворенные фанаты высокого кинематографа. Сам Ланской в такие моменты предпочитал молчать, потому что зачастую в шедеврах современной живописи ему мерещились разномастные кучки дерьма, а на пафосный высоких фильмах он насыпал.

— Это пиар, милый! В современном мире надо постоянно пиариться, если хочешь быть на волне! Улыбайся.

На волны ему было пофиг, но он улыбался. А Вероника потом радовалась тому, как здорово их пара выглядела на фотографиях: яркая красивая она и солидный внушительный он.

Только эта радость и удерживала его от того, чтобы поставить точку в таких походах.

Однако сегодня договориться с самим собой не получалось. На кой хрен ему все это надо? На работе назревали какие-то проблемы, и хоть пока он не мог понять какие именно, но чувствовал их приближение, а тут всякая благотворительная чушь.

Немного поразмыслив, он решил, что днем позвонит жене и скажет, что у него срочные планы – пусть сама отдувается на этом вечере. Ей это все в удовольствие, а для него просто трата времени.

Спустившись вниз, он обнаружил детей, молча жующих бутерброды. Артем сонно зевал и еле ворочал челюстями, а Марина, наоборот, выглядела так, будто тронь – и взорвется. Эти ее нервы порядком утомили. Однако Ланской не стал спрашивать в чем дело – не хотел засорять голову с утра пораньше проблемами, высосанными из пальца.

Открыв холодильник, он не обнаружил в нем ничего кроме йогуртов, травы и сиротливого куска колбасы. Достал ее, чтобы сделать себе пару бутербродов, но обнаружилось, что хлеба нет – последние куски дожевывали дети.

И Ланской внезапно вспыхнул.