Предатель. Ты не узнаешь о сыне

- От другого мужчины, - отвечаю я и тут же добавляю: - Ты его не знаешь.

- Не знаю. Как же! - усмехается он и вдруг поднимает козырек, а я даже среагировать не успеваю.

Лицо бывшего меняется на глазах: от искреннего удивления до гнева. Кровь стынет в жилах от его взгляда на нашего сына, а сердце отчаянно рвется из груди.

- Он мой? - цедит грозно, переметнув гневный взгляд на меня.

- С чего бы вдруг? - нервно смеюсь я, готовая прямо сейчас провалиться сквозь землю.

Радов делает шаг навстречу, нависая надо мной черной тучей, и от страха у меня подкашиваются ноги.

- Мало того что ты предала меня, так еще и скрыла моего сына! - рычит он.

- Мой ребенок не имеет никакого отношения к тебе, - я пытаюсь говорить уверенно, но еле дышу от страха и закрываю своим телом коляску, в которой сладко спит наш сын. - Оставь меня в покое!

- В машину ее! - внезапно командует Радов, глядя мне за спину.

Оборачиваюсь и вижу, что прямо на нас надвигаются двое охранников в черных костюмах. Вот теперь точно все.

- Прямо сейчас мы едем в клинику, Софи, - вкрадчиво произносит Радов, приблизив свое лицо к моему. - И если тест подтвердит мое отцовство, то ты горько пожалеешь, что скрывала ребенка!

- Что ты такое говоришь? Какой тест?! - взвизгиваю я, пытаясь вырвать коляску из его рук. - ты не имеешь никакого на это права! Сон мой, и только мой!

- За идиота меня держишь? - пренебрежительно отзывается он, а в следующий миг двое амбалов берут меня под руки и силой ведут к машине.

Отчаянно пытаюсь вырваться, но прекрасно понимаю, что мне это не по силам. Приходится подчиниться. Следом за мной к машине подходит Радов вместе с коляской. Кружит над ней, словно коршун и будто примеряется, а потом произносит:

- Возьми его.

Тоже мне, папаша. Ребенка даже на руки побоялся взять! Спешно вылезаю из машины, беру сыночка на руки и сажусь обратно, а затем Радов садится рядом со мной. Жмусь к противоположной двери, желая держаться подальше от Радова, и отворачиваюсь к окну.

- Усманов знает, что это мой сын? - спрашивает Радов, когда машина трогается с места. - Если знает, то я крайне удивлен, что он все равно сделал тебя своей любовницей.

- Я не его любовница! - фыркаю, пряча свой страх за злостью. - А про сына я уже сказала, что он не твой. Как тебе еще это объяснить?

- Посмотрим, что ты скажешь в клинике, - хмыкает он. - Но я и так все прекрасно вижу.

- Зачем тебе все это? Что тебе вообще от меня нужно? - возмущаюсь я, и Ваня начинает крутиться и хныкать. - Прости, котик, я не хотела тебя будить, - ласково шепчу сыночку, стараясь не разреветься, и качаю его на руках.

- Затем, Соня, что я хочу воспитывать собственного сына, - отвечает Радов. - А вот предателям, вроде тебя, не место рядом с ним.

- Что это значит? О чем ты вообще говоришь? - шепчу онемевшими губами.