Предатель

Квартира общая и речи о том, что я съеду, не может и быть. Если что-то не устраивает – выметайся сама. Будешь много возникать – приглашу к нам жить Соню, - равнодушно произносит, закидывая в чемодан вещи.

Собираю всю волю в кулак и пытаюсь быть спокойной. Ругаться нет смысла. Сейчас Иван совершенно не тот человек, с которым я жила много лет, не дипломат и не интеллигент. Передо мной настоящий дьявол во плоти, бесчувственный, холодный монстр.

- Мне странно видеть тебя таким, как же ты хорошо притворялся все годы, - чеканю холодным голосом. Первая волна эмоций схлынула, и я не позволяю себе больше плакать.

- Не хуже тебя. Наставила рога и еще претензии. Знаешь, я каждый раз получал моральное удовлетворение, изменяя тебе. Представлял, как будет больно твоему сердцу, желал, чтобы ощутила то же самое, что и я.

- Если бы ты только знал, насколько ошибаешься, - не простил бы себя. Рано или поздно, наступит тот день, когда вся правда откроется. Вот тут, Ваня, и прочувствуешь в полной мере, что такое истинное предательство и обман, - говорю словно робот.

- Ага, - прыскает смешком, - наплети мне историй, как любила меня и была верна. – Я верил тебе, Ксюша, и любил, - произносит серьезным голосом, - а ты променяла меня на статус повыше и бабки. Так катись к своему боссу, детей ему роди... не прощу тебя!

- Ты меня? – снова повышаю тон. – Это ты меня не простишь? Поражаюсь, как тебя обработали. Только знаешь что? Деньги тебе все равно придется вернуть, я не оставлю просто так эти траты и не прощу подлости, - зло продолжаю.

- А я и не прошу прощения. Сейчас ты, Ксюха, просто по всем законам жанра, обязана была валяться в моих ногах и клянчить шанс все исправить, каяться в грехах и просить не бросать. Но ты, я вижу, птица гордая. Думала я испугаюсь, что застукала, и буду со слезами доказывать, что все не так поняла? – хмыкает.

- Ничего я не думала. Хотела вернуться к любимому мужу домой, сделать сюрприз, - чувствую, что спорить и перепираться сил больше нет. Меня начинает мутить и легкие боли в районе поясницы отрезвляют. Не дай Бог из-за нервов потерять малыша. Соня и Иван того не стоят. – Уходи, - устало добавляю. – Просто скройся с моих глаз.

- Пять дней, - произносит Иван, направляясь к двери. – Приходи в себя быстро, потому что я вернусь и продолжу жить в своей квартире, - весело оповещает, натягивая ботинки. – Приятного вечера, Кукся, - добавляет, шлет воздушный поцелуй, как мы частенько делали по традиции, и покидает квартиру.

Сорвавшись с места, я спешу в уборную. Меня тошнит. И даже не знаю от чего больше, от физического самочувствия или от нервного напряжения на фоне всего, что сегодня со мной случилось.