Предатель. Осколки счастья (СИ)

И после водных процедур Маша работает ложкой над тарелкой каши и часы отщелкивают девять на циферблате. Андрей уже точно на работе, и я набираю рабочий номер.

— Доброе утро. Участок номер десять, мировой суд. Слушаю вас, — дежурным тоном поёт секретарь.

— Доброе утро, Жанночка. Андрей Борисович на месте? Это спрашивает его жена.

— Он готовится. У него судебное заседание через час.

— Пригласи, пожалуйста, на минутку.

— Хорошо, Олеся Петровна.

Резкое: «Да. Что ты хотела?», выбивает из привычного равновесия.

— Ничего. Ты телефон забыл в прихожей. Хотела сказать. Не ищи.

Тон чуть помягче, но осадок остался. Я положила трубку. Умеет же испортить настроение.

— Маня, что так долго кушаем? — подбодрила я дочурку, — работаем ложкой быстрее. К тёте Лане поедим?

Маша радостно заулыбалась. Тётю Лану мы знаем хорошо. Тем более, что она у Машки крёстная. Я перебрала свой гардероб и влезла в свои брюки. Именно влезла. Что есть, то есть. Фигура, конечно, у меня бомба, но один размер рождение Маньки мне прибавило. Кремовый свитер под горло и минимум косметики. Разукрашиваться некогда.

— Завезем телефон папе и поедим к тете Лане, — приговаривала я, надевая на Машу красивую розовую курточку. Мой ангелок в розовом бесподобен.

— Ну что, дружок, пошли?

Я подхватила на руки Машу и, выйдя на лестничную площадку, вызвала лифт на третий этаж. Можно, конечно, и пройтись пешком по лестнице.

Маша заулыбалась в ответ. Ездить на лифте её нравится больше, чем работать зубной щёткой.

Я остановилась у входа в мировой суд. Чуть потоптавшись у входа, машу охраннику рукой. Ромка, высокий симпатичный молодой человек, заулыбался, увидев меня, и впустил внутрь.

— Привет. Всё цветешь и пахнешь.

— Привет, Рома. Пропустишь меня? — смеясь, спросила я. — Я на минутку, отдам телефон своему супругу. Спешил так, что оставил.

— Конечно, проходи, — отвечает молодой охранники и провожает внимательным взглядом.

Мы за ручку с Маней прошли по знакомому коридору, и вот я у дверей десятого участка. На двери красивая и строгая табличка. Мировой судья судебного участка номер десять. Герман Андрей Борисович. Мой супруг собственной персоны. Мы с Машей осторожно вошли в воочию моего мужа. Помню, как я в первый раз переступила этот порог и встретилась с вновь назначенным мировым судьей глазами. Разряд. Ещё один. Мне показалось, что сердце замерло на мгновение. Чувство, что как будто знаешь человека… уже целую вечность, разлилось по венам. Я тряхнула головой и вылетела из своих воспоминаний.

— Можно? — спрашиваю у секретаря, показывая на закрытую дверь.

— Конечно, Олеся Петровна.

Я осторожно стучу и прохожу внутрь. Андрей за своим большим столом в чёрном кресле схмурив брови, вчитывается в текст документов, ворохом лежащие перед его глазами.