Предатель. На осколках лжи

Во-первых, бесполезно, а во-вторых, Костя был прав. За последний год они обзавелись таким количеством барахла, которое и в грузовик не поместится.

К счастью, Константин пробыл недолго, только выпил кофе, не выпуская из рук Полину, и наконец-то ушел.

Через пару часов пришла Аглая, принесла две шаурмы и бутылку кока-колы. Даша как раз уложила дочку спать, и девушки устроились на кухне.

– Никогда нам с тобой не стать, как Регина! – заявила она, вымыв руки.

– Ты сейчас о чем? – не поняла Даша.

– Нет в нас аристократичности! – девушка задрала подбородок и прошлась по кухне. – Регина еще не зашла ко мне в кабинет, а я уже почувствовала запах ее парфюма. И не какой-то там гуччи-шмучи, а такой, что нам и не снился.

– Это какой это, интересно? Неужели мы даже на хорошие духи с тобой не заработали? – удивилась Даша.

– Ну, на миллилитров пять, может, и заработали. Я в Лондоне такие видела, ходила, нюхала. Шик, одним словом! Да и сумочка у нее была та, которую выносят, когда накупил на миллиард рублей.

Даша засмеялась:

– Ты прямо сразу же поняла, что это именно эта сумочка, да?

– Ну “Hermes”, что там непонятного? – Аглая достала из шкафчика две тарелки, вытащила из пакета две шаурмы и указала на них рукой: – Садитесь жрать, пожалуйста!

Морозова наклонилась, понюхала и закатила глаза:

– Обожаю!

– Вот-вот! И я! Но почему-то у меня есть уверенность, что Регина никогда такую вкуснятину не ела, – предположила Аглая. – Люди такого уровня даже не представляют себе, какой это кайф!

Она присела на стул, пододвинула к себе тарелку, взяла обеими руками шаурму и откусила кусок.

– Ошибаешься. Мы с Давидом после универа частенько покупали такую еду, – призналась Даша.

– Правда? Странно. Ну, значит, твой Давид особенный. А Регина точно ее не ела.

Даша не стала спорить. Ей вообще не хотелось говорить о мужчине, которого она до сих пор любила.

Глава 5

Давид продолжал рассматривать фотографии Даши. Примерно на десятой его сердце буквально чуть не остановилось: она держала на руках маленькую девочку, а подпись внизу гласила: “Моя доченька Полина”."

"Сердце забилось гулко и протяжно, в груди стало тесно, а глаза затуманились. Яд ненависти обжег вены.

Гуревич резко захлопнул лэптоп и отбросил на подушку.

Даша явно счастлива. У нее ребенок! И не просто дочь, а маленькая девочка, о которой они оба мечтали, даже имя выбрали – Полина. И теперь у нее есть дочка, а у Давида – совсем ничего.

От Регины он ушел, с работы – тоже.

Гуревич схватил лэптоп и продолжил листать инстаграм Даши в поиске фотографии мужа. Долистав до конца, он не нашел ни одного мужчины на снимках, и на сердце чуть отлегло.