Предатель. Цена ошибки

– Может, я могу соврать? Что ребёнка нет? Справку сделать…

– А потом новый суд, когда ложь вскроется? Дай я хоть один процесс выиграю до того, как против тебя возбудят новый. Выбрось все варианты махинаций и без меня ничего не смей предпринимать.

– Я и не собиралась. Просто предположила. Разве совсем ничего нельзя сделать? Я не позволю Демиду воспитывать моего ребенка! Вон, у него с Марисой будет, пусть им и занимаются.

– Кстати, об этой… Я пособирал немного слухи, новости нашей «деревни». Говорят, что они планируют свадьбу в скором времени.

Я стараюсь контролировать свои эмоции, никаким жестом не выдать, что это все ещё неприятно. Больно, словно без обезболивающего сверлят грудь, протыкают сердце.

Я ненавижу… Нет. Мне мерзко от всего происходящего, хочется забыть, оттереться от всей этой грязи. Принять свою ошибку – не тех близких выбирала – и дальше жить.

Но не получается. Чувства не поддаются контролю, их не выключишь, не вылечишь. Можно заглушить, перекрикивая, пока не оглохнешь. Но они всё равно есть.

Копошатся внутри, напоминают.

У меня с Демидом тоже была свадьба.

Я верила, что это наше «навсегда».

‍

Пара обручальных колец служила печатью нашей любви.

Теперь – бесполезный металл.

– Совет им да любовь, – фыркаю, не сдержав злого тона. – А мне зачем это знать?

– Потому что Демид сам захочет ускорить развод. А мы можем на этом сыграть. Если мы потянем время, то Юсупов может забрать заявление, подать два новых. Правильные, чтобы вас развели быстрее. Есть шанс выкрутить всё так, что Юсупов начнёт соглашаться на наши условия.

– И сделать так, чтобы он не лез к ребёнку? Оставил нас с малышом в покое?

– Я не могу гарантировать, что это сработает. Лиз, я ничего не обещаю. Юсупов в последнее время непредсказуем. Непонятно, как он поступит.

– А какой шанс, что Демид не станет претендовать на ребёнка, если я от всего откажусь?

– Без понятия. Всё это дело – скачки через минное поле. Риск провала довольно высокий в любом случае.

– Но ты готов попробовать?

– Я ведь говорил, что с Демидом у меня личные счеты. А чем сложнее дело, тем ощутимей будет моя победа.

– Если ты победишь.

– Если, да. И если ты сама рискнешь лезть в это дело.

Но другого выхода у меня нет. Ильяс прав. Муж может поступить так, как захочет. Когда-то мне казалось, что я знаю Демида идеально. От и до, каждую эмоцию, реакцию.

Один его взгляд говорил больше слов.

А теперь…

Кто ты такой, Юсупов?

Куда делся мой муж?

Был ли он когда-то?

– Давай рискнем, – произношу осипшим голосом.

Если я отступлю, то Демид в любом случае получит всё, что захочет.

А если будет отпор… Возможно, тогда я смогу добиться желаемого.

Ильяс долго сидит в моей палате. Я чувствую себя неуютно, что постоянно лежу, но мне прописан полный покой.