Ученица. Предать, чтобы обрести себя

Мы устроились в гостиной, а Дебби занялась готовкой на кухне. Тайлер решал уравнения с легкостью, записывая пояснения к каждому шагу. Он учился на инженера-механика, был одним из лучших на курсе и вскоре собирался продолжить обучение в университете Пердью. Мои уравнения были для него словно семечки. Но если ему и было скучно, он этого не показывал, а лишь снова и снова объяснял мне принципы. Ворота немного приоткрылись, и я заглянула в щелочку.

Тайлер ушел. Дебби вручила мне тарелку с запеканкой. И тут зазвонил телефон.

– В Маладе произошел несчастный случай, – сказала она.

Мама мало что знала. Шон упал. Он приземлился на голову. Кто-то набрал 911, и его вертолетом отправили в больницу в Покателло. Врачи не были уверены, что он выживет. Вот все, что ей было известно.

Мне нужно было знать больше. Каковы шансы? Я хотела, чтобы мама сказала: «Они считают, с ним все будет в порядке» или даже: «Им кажется, мы его потеряем». Все, что угодно, только не мучительная неопределенность. Но мама твердила: «Они не знают».

Мама сказала, что мне нужно ехать в больницу. Я представила Шона на белой каталке, увидела, как жизнь покидает его. Меня охватило ужасное чувство утраты. Колени у меня подкосились. Но в следующую минуту я почувствовала нечто другое. Облегчение.

Надвигалась буря. В каньоне ожидалось три фута снега, а другой дороги в нашу долину не было. К Дебби я приехала на маминой машине с лысыми шинами. Я сказала маме, что не смогу поехать.

История падения Шона доходила до меня урывками и частями. Об этом мне рассказывали Люк и Бенджамин – они были там в тот момент. День выдался морозный и ветреный. Ветер поднимал тонкую пыль целыми тучами. Шон стоял на деревянной палете на высоте двадцати футов. В двенадцати футах под ним находилась недостроенная бетонная стена. Прутья арматуры торчали из нее, как тупые вертела. Я не знаю, что именно Шон делал на палете, наверное, что-то варил, он был хорошим сварщиком. Отец управлял погрузчиком.

Истории о падении Шона порой противоречили друг другу[4]. Кто-то говорил, что отец неожиданно дернул погрузчик и Шон не удержал равновесия. Но все сходились в том, что он стоял на краю, неожиданно оступился и потерял опору под ногами. Брат рухнул с двенадцати футов, тело его развернулось в воздухе, и он ударился головой о бетонную стену с торчащей арматурой, а потом пролетел еще восемь футов до земли.

Так рассказывали мне, но мой разум рисовал все иначе – на белой бумаге с ровными линиями. Шон поднимается, поскальзывается, падает, ударяется об арматуру и валится на землю. Я представляла себе треугольник. Все обретало смысл, когда я думала об этом так. Логика страницы ускользала от отца.

Отец ругался с Шоном. Шон был дезориентирован.