Предать нельзя Любить (СИ)

- Арина, - хмыкает она, еще раз окидывая меня заинтересованным взглядом. – Помоги мне там, раз помощница.

Наблюдаю за стройной фигурой, которая, вильнув округлыми бедрами, уплывает обратно, и поставив на стол чашку, иду за ней.

Черт.

У моего идеального адвоката даже мама безупречная. Вот как его не любить?!

- Замок заело, - беспомощно смотрит на меня женщина. Поправляет волосы наманикюренными пальчиками.

Указывает взглядом на чемоданы, стоящие у порога.

- Сейчас, - тут же с толком киваю. Несусь на кухню за подмогой - небольшим ножиком.

Залетаю обратно, присаживаюсь по-простому, на колени рядом с черным кожаным чемоданом и пытаюсь отогнуть вредную собачку. Она металлическая и крепкая. На третий раз удается справиться, и я победно вскидываю горящие глаза на женщину.

- Спасибо, солнце, - выдыхает она.

Скромно улыбаюсь поднимаясь.

За ее спиной слышится шорох, и в проеме двери появляется Арс. Он в одних спортивных серых брюках. Голыми ногами шлепает в нашу сторону.

Я медленно краснею. Наш полуодетый вид недвусмысленно кричит о степени крайней близости и о том, что я не просто помощница.

- Привет, мам, - произносит Арсений сонно. – Ты так достала капитана своего лайнера настолько, что он добрался в Тель-Авив в два раза быстрее?

Вместо того чтобы справедливо обидеться на шутку, женщина громогласно смеется:

- Просто хотела посмотреть, как использует здесь мою квартиру сынок. Поэтому сошла на берег в Афинах.

- Мою квартиру, - поправляет Арсений с иронией.

- Ой, да кто уж сейчас вспомнит чья она?!

Долинский приобнимает маму, так что её ноги отрываются от пола и смачно целует в щеку.

Притихнув, наблюдаю за теплой встречей, пока на меня не устремляются теперь уже две пары светло-синих глаз.

Одних-то мне мало было в жизни, ведь правда?!

- Я измаялась с чемоданом, - весело тараторит его мама. – Но Арина меня спасла.

Арсений низко смеется и мажет взглядом по моей груди едва прикрытой тканью.

- Арина у меня та еще спасательница. Всех больных, четвероногих и немощных просто обожает. Хлебом не корми, дай поспасать!

Уничижительно смотрю на Долинского.

- Это моя мама — Эвелина, - кивает Арс, неприлично привлекая меня к себе за талию, коротко целует в губы и на этот раз обращается к маме. – А это моя Ари. Прошу любить и не обижать.

- Мы уже познакомились с твоей помощницей, - до боли знакомо закатывает глаза мама. – А обижать ты у нас мастер. Мне вашу Долинскую породу в этом не переплюнуть. И вообще, что мы тут стоим?! Я хочу кофе, - капризно произносит и скидывает пиджак на комод, оставаясь в легкой блузке без рукавов.

- Я сейчас, - говорю рассеянно. Практически бегу в комнату, отведенную для меня."

"Снова вскрываю свой старенький чемодан и нахожу футболку поприличнее.

Дверь за спиной хлопает.