Предать нельзя Любить (СИ)

Натягиваю новые ботильоны на устойчивом каблуке.

– Я не последний адвокат в городе, – многозначительно произносит.

– Вы так со мной не поступите, – жалобно шепчу. – Пожалуйста.

– Связывайся с Долинским, – безапелляционно выдаёт Виктор Андреевич, но смягчается. – И ко мне потом заезжайте. Я соскучился.

С рёвом откидываю телефон на пуфик и пытаюсь застегнуть небольшую дорожную сумку. Следом заказываю такси, набрасываю на плечи утеплённый модный плащ и боясь опоздать на единственный рейс, выбегаю из квартиры.

Перелёт проходит нормально, а вот моё состояние становится всё беспокойнее.

Хотя… я ведь справилась. Смогла.

В последнее время со скуки изучала разные статьи, посвящённые целеполаганию и тайм-менеджменту.

Так вот.

Интересное наблюдение. Раньше силу воли учёные рассматривали исключительно как «мышцу». То есть как то, что можно путём незамысловатых упражнений подкачать и развить.

Сейчас же упорство воспринимается, как симбиоз самых разных человеческих качеств.

Психологи провели интересный эксперимент.

Взяли две группы людей. Первой, помимо списка заданий, каждый день повторяли, что они обязательно справятся, их внутренних ресурсов на все цели будет достаточно и, вообще, они няшки.

Вторым же просто отдали задачи и отправили их реализовывать.

Результат изменил научный взгляд на проблему, связанную с силой воли.

Оказывается, чтобы развить её нужна вера в то, что ты сможешь, обязательно справишься!

Именно с этим и связываю своё быстрое возрождение. Было тяжело, но благодаря тому, что всё свободное время посвящала работе и меня окружали новые люди, я ожила и поверила в себя. И больше не страдаю.

Живу.

Как обещала. Себе и… ему."

"В последний раз мы встречались в тот день, в феврале. Арсений отвёз меня домой после кафе и сухо попрощался. С тех пор прошло почти два месяца, за которые Долинский словно испарился.

От этого должно быть легче, но почему-то меня данный факт обескураживает.

Он больше не пишет, не ищет встреч и не интересуется моей жизнью. По крайней мере, даже папа, у которого я практически ежедневно бываю после работы, перестал говорить о «моём адвокате».

Ах да. Единственное, чем этот самый адвокат напомнил о себе – огромный букет тюльпанов на Восьмое марта. Без записки. Надеюсь, хотя бы не Лариса Леонидовна заказывала?!

Из аэропорта сразу еду в адвокатскую контору.

Зайдя в лифт, словно ударной волной накатывают воспоминания, одно за одним. Отодвигаю их в сторону, как ненужные и пытаюсь привести себя в порядок, глядя в зеркало. Взбиваю копну из непослушных волос и распускаю пояс на плаще. Проверяю, как сидит на мне узкая юбка и офисная блузка.

Можно было одеться и поскромнее, но я была слишком взволнована. А сейчас и вовсе не жалею.

Для встречи с бывшим смотрюсь просто прекрасно.