Преданный

Я все еще не могу смириться с тем, что оставил Розу одну, несмотря на ее заверения, что с ней все будет в порядке. Она такая хрупкая, что трудно чувствовать себя комфортно, когда ее нет рядом.

Я не знаю, как справиться с этой непреодолимой потребностью защитить ее. Когда я с ней, я забываю о себе. Она — мое внимание.

— Мудак, — ворчит Грейсон, потирая челюсть.

Может, у меня и нет кровной семьи, но эти двое — мои братья. Келлер, мой приемный брат, стал чемпионом мира по боксу в тяжелом весе. Тот самый ""Убийца"". Его титульный бой принес достаточно денег, чтобы расплатиться с этим заведением, так что я мог позволить ему уйти из моей организации. Мне чертовски повезло, что Грейсон занял же его место, одного из моих силовиков.

Они оба смертельно опасны. И оба злы. Я рад, что они на моей стороне.

Келлер зубами расшнуровывает перчатки.

— Брат, — выдыхает он, опираясь своим огромным, покрытым татуировками телом на канаты.

Я стою там, мгновение наблюдая, как он переводит дыхание.

— Из-за того, что ты стал отцом, ты уже потерял форму?

Он хмуро смотрит на меня. Возможно, я шучу, но он никогда не был так счастлив. У него и Сиенны идеальная семья с детьми Максом и Дарси.

Грейсон тычет Келлера в руку.

— Он снова в боевой форме. Твоему следующему противнику повезет, если он выберется живым.

Келлер прошел долгий путь от уличных драк. Вот так мы и выросли, без родителей и дома. Мы боролись за все. За еду. За деньги. Черт возьми, в некоторых случаях даже за наши жизни. Мы всегда прикрывали друг друга и всегда будем.

Я взбегаю по ступенькам и ныряю под канаты.

— Все в порядке? — спрашивает Келлер, сделав глоток. Я слышу беспокойство в его голосе.

То, что я, вероятно, выгляжу усталым, не должно быть признаком чего-то плохого.

— Да, а почему бы и нет?

Грейсон приносит мне несколько перчаток.

Келлер сжимает пустую пластиковую бутылку в своей большой руке.

— Я слышал, у тебя дома живет дочь некоего Фальконе.

Я бросаю взгляд на Грейсона, который пожимает плечами.

— Не беспокойся за меня. У меня все под контролем. Увидимся завтра вечером за ужином. Ты можешь приготовить то блюдо из курицы? Я думаю о нем всю неделю.

— Я спрошу Сиенну.

Он хватает меня за плечо и приближает свое лицо к моему.

— Все, что тебе нужно сделать, это спросить, нужна ли тебе моя помощь, Лука. Семья превыше всего. Всегда. Мы как прикрывали друг друга, так и до нынешнего момента ничего не изменилось.

Но это так. У него есть то, чего я не могу позволить ему потерять.

— Келлер, мама разорвет меня на куски, если я позволю тебе вернуться. У нас все хорошо.

Я хмуро смотрю на Грейсона через его плечо. Ему не следовало рассказывать Келлеру о Розе.

Я не втягиваю Келлера в это. Он разрушил бы мир, чтобы защитить свою семью. Он бы умер за них.