Преданный враг

Космос снова стал интересоваться делами Бригады. Вот уже вторую неделю, не слишком ловко ковыляя на костылях, он каждый день приезжал в офис и со старательностью прилежного ученика вникал в новые для себя дела. О своем отношении к проекту «Привет, оружие!» он больше и не заикался. Вероятно, он задался целью доказать друзьям, да и самому себе, наверное, что крест на нем ставить еще рано. Так это было или нет, но все были искренне рады этим неожиданным переменам.

Покончил с пьянкой и Белый. Но с ним была совсем другая история. Он на всю катушку закрутил роман с Анютой. Целыми днями он безвылазно торчал у нее дома, в конторе почти не показывался, а если и появлялся на часок-другой, то был задумчив и немногословен. Он словно размышлял над какой-то важной проблемой, но делиться своими сомнениями ни с кем не хотел.

Такое его поведение всерьез беспокоило Фила. Он опасался, что Белов запал на эту актрисульку капитально, не на шутку. Это подозрение напрягало его по полной программе, Фил даже собирался при случае поговорить с Сашей по душам на эту щекотливую тему.

А Пчела… Пчела был с головой занят лишь одним – чеченским проектом. Когда он думал о том, какие огромные деньжищи вложены в это предприятие, у него от волнения покрывались потом ладони. А когда он прикидывал, какую прибыль должна принести сделка, у него начинала кружиться голова.

Сегодня был очередной сеанс связи с сопровождавшим груз Кавериным – предпоследний из запланированных. Пока все шло нормально, но чем ближе был финиш маршрута, тем сильнее возрастало напряжение в офисе Бригады.

Вот почему сегодня у телефона в кабинете Белого собрались все четверо.

Сам Белов и Пчела сидели за круглым столом для совещаний, на котором стоял самый обычный офисный «Панасоник». Они оба замерли в одной и той же позе мучительного ожидания – навалившись на стол, они опустили подбородки на сжатые кулаки и не сводили глаз с безмолвного аппарата.

Чуть поодаль в кресле устроился Космос. Здоровой рукой он обхватил бюстик Сократа и рассеянно поглаживал гипсовую голову философа. Он тоже волновался и время от времени принимался по обыкновению жевать губы.

Не волновался, казалось, только Фил. Он целиком был занят своей любимой игрушкой – новехонькой стильной «Береттой». Развалившись в кресле у входа он увлеченно разбирал пистолет, с неподдельным интересом рассматривая его механическую начинку.

Саша скосил глаза на часы.

– Сколько там? – спросил Пчела, доставая из пачки «Кэмела» очередную сигарету.

– Двенадцать минут четвертого.

– Слышь, Сань, может, мы чего перепутали? – Пчела пожевал сигарету и, так и не закурив, выплюнул ее на стол. – Может, в три часа ночи надо было?

– С чего это?! – фыркнул Белый. – Просто наш Володя тот еще спец по спутниковой связи.