Преданный враг

Вот почему сейчас ему хотелось только одного – чтобы Белый его не заметил…

Но Саша его заметил. Он оборвал себя на полуслове, игривая улыбка на его лице тут же сменилась выражением угрюмой решительности. С грохотом отодвинув кресло, Белый поднялся и коротко буркнул:

Фил взглянул вслед другу. Он шел ровно и подчеркнуто неторопливо, низко опустив голову. Сомнений не было – конечной целью его маршрута был столик, за которым устроились Каверин со своим нукером.

– Тоже вон особи… – вполголоса недобро пробормотал Фил. – А уж какие, блин, жизнеспособные!

На секунду ему стадо тревожно. Впрочем, в последнее время никаких трений между Белым и бывшим ментом не наблюдалось, так что формальных поводов для беспокойства у него вроде бы не было. Помедлив, Фил повернулся к продюсеру.

– Ну ладно, черт с ним, с Дарвином! Кордон, ты когда деньги отдашь?

– Валера, ну неужели ты подставишь меня под стволы из-за каких-то ста штук гринов? – лениво ответил тот, наблюдая через голову Фила – к кому это направился Белый. Туда же неотрывно смотрела и его подружка…

А Белов уже стоял за спиной Петровича.

– Какие люди! Одними дорожками ходим, Саша! – разведя руками, Каверин изобразил радушную улыбку.

Белов ответил ему тяжелым, исподлобья, взглядом. Ломать комедию он явно не собирался. Саша положил руку на плечо Каверинского подручного.

– Слышь, будь другом, пойди погуляй куда-нибудь, нам с Володей потолковать надо.

– Тогда я пойду поиграю, – с готовностью выскочил из кресла Петрович.

Только Белый занял его место, как к ним подошла официантка. Она выставила на стол ведерко с шампанским и две порции виски. Саша тут же одним махом опрокинул стакан Петровича и попросил:

Глядя на него, Каверин тоже залпом выпил свой виски и тоже крикнул вслед удаляющейся официантке:

Поединок начался. Навалившись на стол, Белый наклонился к Каверину.

– Ну что, поговорим за жизнь, Владимир Евгеньич? – мрачно предложил он.

Каверин молчал. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас вести разговоры по душам с человеком, которого он искренне ненавидел.

– Ты почему ворам не дал меня грохнуть? – задал первый из мучивших его вопросов Белов.

– А тебе зачем это знать? – усмехнулся Володя. – Дышишь и радуйся…

– Я понять хочу. Тревожусь, когда что-то не понимаю.

– Ну, милый, ты еще столько не понимаешь! – Каверин снова усмехнулся, на сей раз – с откровенной издевкой.

Белый скрипнул зубами, но сдержался:

– А ты просвети, – предложил он. Бывший мент на секунду задумался, низко опустив свою лобастую голову с обширными залысинами. Потом поднял глаза на Белова. Сейчас Саша совсем не был похож на пьяного, скорее он выглядел человеком, смертельно уставшим от всего на свете.