Преданная. Невеста (СИ)

Губы впечатываются в шею сзади.

— Я скучал. — Признание сбивает ритм дыхания. В вырез блузки ныряет блестящий металл. Я тянусь к нему пальцами, нащупываю подвеску, пока Слава защелкивает цепочку сзади.

Сжимаю и чуть оттягиваю, чтобы рассмотреть.

— Зачем, Слав? — Через глупый вопрос выражаю сразу и удивление, и признательность. Это так трогательно, что даже не верится. А еще, наверняка, дорого. Как всегда.

Он снова целует — чуть выше, за ухом. Я слышу, как втягивает воздух. Еще сильнее таю. Лучший подарок для меня — это знать, что наши сумасшедшие по силе чувства взаимны.

Поворачиваю голову, встречаюсь с глазами. Они уже не такие голодные, но все равно искрятся.

— Ты еще отсосать обещала, помнишь? — Улыбаюсь в ответ на грубость.

— Чуть-чуть. И память хорошая.

Он улыбается широко, я в очередной раз влюбляюсь в проявившиеся ямочки. Слава подается к моим губам — целуемся.

Доверчиво вжимаюсь спиной в его грудь, глажу затылок и наслаждаюсь близостью, пока мужчина не отрывается первым. Снимает руки с моих бедер, отходит и смотрит на часы.

Я тоже делаю шаги в противоположную сторону. Он прав. Время. Заигрываться некогда.

Подхожу к зеркалу и рассматриваю подаренную подвеску.

Я не знаток, но общение с мажоркой-Лизой имело свои плоды. Если не ошибаюсь, на моей шее теперь висит Картье. Сколько стоит — лучше не гуглить.

Оглядываюсь и украдкой наблюдаю за сосредоточенным на своем мобильном Тарнавском. Он переписывается с кем-то, нахмурившись.

Его образ жизни и траты способны будоражить умы и вызывать вопросы, но на каждый из них Слава найдет ответ. Для меня однажды уже нашел.

Его жизнь — то еще минное поле. И я добровольно согласилась прогуляться с ним за руку.

— Наверное, в суд лучше не носить, — глажу себя по шее, привлекая внимание.

Слава уже забыл о собственном подарке. Сначала сводит брови, вспоминая, потом пожимает плечами.

— Как хочешь. Я не настаиваю.

— Чтобы не было вопросов…

Чуть приподнимает брови, колеблется между опциями: продолжить кому-то строчить или уделить еще некоторое время мне. Выбирает меня.

— Что там по сплетням, кстати, Юлия Александровна? Навык не теряете?

Он подкалывает, я фыркаю. Все это в шутку.

— У меня судья уехал на две недели, Вячеслав Евгеньевич. Я подтягивала его хвосты. Некогда было собирать.

— Что ж за сука такая у вас судья? Даже отпуск не дал. Жаль.

Улыбаемся друг другу. Мне кажется, нас одинаково тянет качнуться и продолжиться наслаждаться близостью, но мы держимся.

На самом деле, Слава предлагал мне отпуск. Я сказала, что не хочу.

— Смолин? — Тон судьи становится значительно холоднее и жестче. Я понимаю, что вот тут-то лучше уже не шутить. Держу зрительный контакт и честно отчитываюсь:

— Всё так же, как я говорила по телефону. Я сказала, что жду твоего возвращения.