Преданная. Невеста (СИ)

Я только не помню: я могу соскочить или нет?

В моей телефонной книге не забит номер, с которого прилетает сообщение в Телеграме. Но кто это я догадываюсь даже раньше, чем рассматриваю фото отправителя.

Лена-прокуратура. Здравствуйте.

Почему же не напрямую?

– Что там? – Тарнавский спрашивает, заметив, что я отвлеклась от своей тарелки на мобильный. Раньше я посчитала бы это тревогой и заботой. Теперь… Думаю, и так понятно, что нежности вопрос не вызывает.

Я слабачка, которая так и не слилась от совместного ужина.

Каждое слово Славы теперь воспринимаю с подозрением. Все в его поведении настораживает.

Вместо того, чтобы ответить сходу и правду, вяло веду плечами.

Поднимаю взгляд на мужское лицо и впервые за долгое-долгое время вру:

Он реагирует ожидаемо. Кивок и спустившийся в тарелку взгляд.

Моя мама его не интересует. А я начинаю подкипать. Я не хочу находиться в этом месте и в этой компании сейчас. Я не хочу испытывать неудобства в одно лицо.

Сердце разгоняется. Желчь и сомнения копятся.

Это же наверняка правда, что он пользовался преференциями отношений с прокуратурой. А теперь? Спускает ей задачи через начальство?

– Мама пишет, что хочет приехать, – вру развернутей. Провожу тест на искренность. Засекаю реакции. Интереса по-прежнему не очень много. Только брови приподнимаются.

А я утопаю в эстетике его движений, которую обожаю больше жизни. И в которой начинаю видеть что-то отвратное.

– Говорит, я слишком погрязла в работе и учебе. Хочет посмотреть, как я живу.

Откладывает вилку с ножом, поднимает взгляд к моему лицу.

– Езжай домой, Юль. Мама права. Отдохни.

Самые безобидные слова вызывают нелогично бурные ответные реакции. Внутри я кривлюсь. Отбрасываю вилку. Начинаю криком предъявлять. Внешне задерживаюсь на нем взглядом чуть дольше, чем стоило бы.

– Ты устала. Это видно.

Кашляю тихонько, опускаю глаза на его стакан с водой.

А что, если сказать, что я устала от него, его игры, окружающих его людей и меня проблем из-за них?

Не успеваю решиться.

Вверх глаза зовет негромкое:

Отзываюсь. Мне кажется, смотрю слишком ранимо. Собираю себя по кусочкам и надеваю маску обратно.

– Если мама приедет, я хочу вас познакомить.

Не хочу отдавать ему инициативу. Не хочу давать имитировать заботу. Выпаливаю, пока не передумала. Реакцией… Наслаждаюсь.

Слава смотрит на меня, по истечению пары секунд немного хмурится. Не позволяет прочитать в глазах откровенное нежелание, но и энтузиазмом не горит. Почему же?

– Думаешь, твоя мама будет рада знакомству?

Я знаю, что нет. Но и позволять ему рационализировать свое нежелание не хочу.

– А в чем проблема? Она давно мечтает, чтобы у меня наладилась личная жизнь. Она наладилась. Ты же себя не стесняешься? – Улыбаюсь.

Слава в ответ – нет.