Преданная. Невеста (СИ)

Это возможно? – Лиза звучит куда спокойней, но я украдкой смотрю на ее профиль и вижу, как шея покрывается пятнами. Щеки тоже.

– Вот поэтому я и хочу съехать. Ты со мной не считаешься.

– А ты со мной пиздец как считаешься, дочь… Ты никуда не едешь, Елизавета. За тобой нужен присмотр.

– Да выйди ты!!! – Лиза почти сразу срывается на крик. Шагает к отцу, хочет развернуть его и вытолкнуть.

У меня волосы на затылке шевелятся. Это ужасно. Мне ее жалко. На глазах уже слезы.

– Просто. К черту. Выйди!!! – Ее голос сразу же срывается и хрипит. Взгляд зажигается отчаянием. – И да! Я съеду! Я взрослый человек! А ты оставайся со своими запросами!!! Я не собираюсь им соответствовать!!!

Вместо того, чтобы прислушаться, Смолин отдает дочери новый бессмысленный приказ. Я понимаю, что закончится все ужасно.

Сделав глубокий вдох, влезаю туда, куда обещала себе не влезать.

Встаю между ними. Смотрю в глаза мужчины, который вдвое старше меня, но, кажется, ни черта не смыслит в характере собственной дочери.

– Руслан, выйдите, пожалуйста...

И киваю ему за спину. Практически по буквам читаю бегущие в глазах строчкой слова, выражающие совсем не лестное отношение к истерикам малолеток. Но вслух он их не произносит.

Перескакивает взглядом с одного моего зрачка на другой. Колеблется, но в итоге поддается и отступает. Подруга обходит меня и с грохотом захлопывает дверь перед его носом. Щелкаем замком. До побелевших костяшек сжимает ручку и приваливается к дереву лбом.

Но слышу всхлип, смотрю уже на тонкую спину, и понимаю, что она дрожит в разы ощутимей. Бедная моя...

Делаю шаг. Разворачиваю Лизу и обнимаю.

Я здесь не для того, чтобы решать, кто прав, а кто виноват. Я тут исключительно, чтобы ей помочь.

Весь вечер мы с Лизой проводим в её комнате, занимаясь поиском квартиры под съем. О том, что отец давно купил ей собственную квартиру и я там даже бывала, молчу.

Боюсь увидеть в поведение подруги признаки накатывающей истерики, но ничего такого нет.

Дистанция с отцом дарит ей временную гармонию. Я все больше склоняюсь к тому, что Лиза права: ей необходима пауза, чтобы побыть с собой наедине и подумать.

В разговоре она даже признается, что рассматривает возможность отчисления. Это глупо и бессмысленно. Нам осталось сдать зимнюю сессию и проучиться последний весенний семестр. Диплом магистра юриспруденции ещё никому не навредил, но я понимаю, что ею движет. На юрфак ее засунул именно отец и отказаться хотя бы от необходимости карабкаться не на свою профессиональную гору – огромный соблазн.

Я прошу Лизу еще подумать. Мы выбираем около десятка неплохих вариантов жилья. Звоним брокеру и договариваюсь с ним на завтра.

Она засыпает по больничному распорядку – около десяти, а я просто гашу верхний свет и долго лежу рядом.

Мыслей – полная голова.