Преданная. Невеста (СИ)

Это уже какая за вечер?

Мне тоже хочется сказать ему "хватит", но дело в том, что мы слушаемся друг друга не во всем.

– Слав... – зову его, переживая нахлынувший как-то вдруг приступ хандры. Он смотрит в ответ спокойно, но ни черта не успокаивающе. Кажется, его просто кроет чаще и держит дольше, чем меня. — Мы справились сегодня?

Он не улыбается, не отмахивается. Не делает вид, что вопрос глупый.

Кивает, но вопреки логике я не испытываю облегчения. Наоборот — тревога растет.

– Скажи, что все будет хорошо. У нас.

Я знаю, что звучу сейчас жалко. Сначала впрячься, а потом просить о таком... Это детство. Кристина посмеялась бы. Аркадий, наверное, усомнился бы в силе моей воли. Эдуард убедился бы, что я — переоценена.

Но я спрашиваю не у них. И нуждаюсь не в правдивых прогнозах.

Слава сжимает мой затылок. Тянет на себя. Пахнет дымом и, задевая губы, дарит мне безосновательную уверенность своим:

– У нас все будет заебись, малыш.

Жизнь несется. План работает. Нас уже не остановить.

Ночной мандраж после приема у Власова прошел быстро и больше не возвращался. Как и сомнения в правильности собственных действий.

Я не могу утверждать на сто процентов, но, мне кажется, то же произошло и со Славой. Он пообещал мне, что у нас все будет заебись. И мы каждый день в этом заебись просыпаемся.

На кураже. Без любой травки под кайфом друг от друга. Нашей работы. Нашего быта.

Нервяк и бесконечная усталость – лучший наш допинг. Страстный секс – способ выражения искренних чувств и сброса эмоциональных излишков.

Подозреваю, мы с судьей – адреналинщики. И мы себя, настоящих, наконец-то снова отпустили.

В моем телефоне содержится куча новых и старых переписок с очень разными людьми.

В расписании на день – ни одной свободной минуты. На меня неумолимо надвигается сессия. На работе – бесконечный аврал. Мама тревожится. Влад держит руку на пульсе.

Слава… Мы с ним летим на скорости и кажется, что ни черта не боимся. Наш кураж длится и длится. Мы играем против врагов в полную силу.

Плетем интриги. Путаем мастерски. Тратим на это кучу сил, энергии и получаем удовольствие.

За прошедший после званого вечера месяц я дважды получила от Аркадия Власова знаки внимания. Однажды мне привезли упакованную в коробку люксового бренда тончайшую и дорогущую теплую шаль.

Еще раз – золотую карту на посещение спортзала и спа-комплекса в вип-зале принадлежащей ему сети.

У Славы есть такая же. Это, как судья мне объяснил (да и сама я тоже понимаю), проявления Власовской благосклонности. Я не могу сказать, что эти знаки вызывают во мне щенячий восторг, но и приятно очень.

Тарнавский в шутку называет меня "Власовская любимица". Может быть даже чуточку ревнует: и к Аркадию, и к тому, что соревнуюсь за место олигархического любимца с ним.