Правосудие Бешеного

С большим удовлетворением Амиран отметил облегченные взгляды всех присутствующих, кроме Вахо-Рыжего, который вскинул голову с желанием что-то возразить, но сдержал свой порыв и лишь чуть заметно усмехнулся. Амиран намеренно оттягивал со своим преемником в надежде, что до его освобождения придет решение воровской сходки о Васо Каландадзе.

Его интуиция не подвела и на этот раз: через два дня на зону пришла ""малява"", в которой сообщалось, что не только Васо коронован в ""Вора в законе"", с кличкой Васо-Иркутский, но и Амирану дано согласие оставить его ""смотрящим"".

Амиран был настолько уверен, что все разрешится само собой, что его мысли уже были далеко отсюда, там, где он отсутствовал целых двенадцать лет, где его ждала новая, пока еще незнакомая ему страна - ведь за это время столько воды утекло, столько дел было наворочено!

Впрочем, стоит заметить, что решение, принятое воровской сходкой, не расставило все точки над ""i"": два ""Вора в законе"", то есть два лидера, на зоне редко когда уживались, а потому начальник зоны полковник Кириченко прислушался к совету освобождающегося криминального авторитета Амирана Варднадзе и через пару месяцев, почувствовав напряжение в зоне, отправил Вахо-Рыжего на этап..."

"Минуло несколько дней, и Амиран-Мартали наконец-то оказался в суетливой, неузнаваемо изменившейся за последние годы Москве. Он медленно шел по Тверской и размышлял о том, с чего начнет новую жизнь...

II

Нуга рвется к власти

Нугзар Джанашвили, конечно же, не обладал таким непререкаемым авторитетом, какой имел его бывший шеф и партнер Амиран-Мартали. И если бы Амиран собственноручно не указал на Нугзара как на своего преемника во всех делах, то многие деловые теневики, бригадиры и даже рядовые бойцы из сплоченной когорты Амирана не захотели бы слушать новоиспеченного босса. Но как бы там ни было Нуга встал у руля основных начинаний Амирана-Мартали.

Джанашвили понимал, что ему никогда не стать новым Амираном-Мартали. Да он и не стремился к этому. Нуга пошел по другому пути: не улаживанию конфликтов, а, наоборот, их постоянному провоцированию и преодолению путем жестких, а чаще очень жестоких мер.

- Время меняется, - любил повторять Нугзар, - и нам надо меняться вслед за ним. Время жестокое, и мы должны ему соответствовать.

И Джанашвили соответствовал. От тех, кто с ним спорил или высказывал свою точку зрения, Нуга старался избавиться как можно скорее. А самым простым и быстрым способом всегда было физическое уничтожение... Прошло всего три года, а на верхушке когда-то созданной по крупицам организации Амирана-Мартали теперь почти не оставалось тех, с кем Амиран начинал: всюду сидели люди Нугзара. Стремясь нахапать как можно больше, Нуга не останавливался ни перед чем.