Правосудие Бешеного

Настаивая публично на том, чтобы Россия не помогала восстановлению этой страны, он одновременно вел закулисные переговоры с американцами, чтобы вложить свой личный капитал в восстановление табачной фабрики на территории Косовского края. После прочтения этой статьи многие в Думе перестали подавать руку Нугзару; его влияние в российском парламенте заметно уменьшилось - и это был лишь один из болезненных ударов, которые на него обрушились...

Джанашвили был взбешен: какой-то сопляк-журналюга вздумал вмешиваться в его бизнес! Ему уже позвонил из Парижа многомудрый Велихов и предупредил, чтобы Нугзар больше не рыпался с той злополучной табачной фабрикой.

- Раз засветился, сиди тихо, Нуга! - сказал Велихов. - Скажи еще спасибо, что твои старые дела не подняли...

- Вот еще! Кому спасибо говорить, этому паршивому журналисту? Да я его...

- Даже не вздумай и пальцем его тронуть! - недовольно прикрикнул Велихов. - Парень работает на спецслужбы, неужели до тебя не доходят такие элементарные вещи? Если с ним что-то случится, твоей карьере конец, они тебе этого никогда не простят. Лучше займись как следует подготовкой к выборам в Госдуму. После всех этих громких разоблачений тебе теперь придется много потрудиться, чтобы убедить своих будущих избирателей в ложности газетных домыслов..."

"Джанашвили чувствовал, что Велихов прав, но не мог простить эту публикацию. Он знал, что изобличающие его документы могли появиться на свет только из ведомства Малютина. Правда, он не был уверен, что Сергей Петрович был лично причастен к ""сливу"" этих документов в прессу, но ему уже было все равно. Не имея возможности отомстить недосягаемому Берн-штейну, он решил взяться за Малютина...

Ему и в самом кошмарном сне не могло привидеться, что человек, организовавший статью, уже готовит ему еще более страшный сюрприз.

С огромным удовольствием читая статью Бернштейна, Савелий подумал об Амиране-Мартали: вот бы кто порадовался этим разоблачениям! Савелий взглянул наверх и проговорил вслух:

- Как тебе там, приятель? Надеюсь, ты тоже радуешься, как и я!

И тут-то Савелий вспомнил о небольшом пакете, отданном Амираном ему на хранение.

- Надеюсь, Амиранчик, ты не будешь возражать, если я загляну в этот пакет?

Савелий достал его из потайного места, надорвал и вытащил из него листок бумаги, сложенный вдвое, и какой-то необычной формы ключ. Недоуменно пожав плечами, Савелий раскрыл лист. Это была доверенность, выписанная на его имя. В бумаге говорилось, что Амиран Варднадзе доверяет Говоркову, без всяких оговорок, пользоваться принадлежащей ему банковской ячейкой, далее следовал ее номер и название банка.

Почему-то Савелию пришла мысль, что в этой ячейке спрятаны документы, раскрывающие суть деятельности Джанашвили.