Право первой ночи

А потому Ферт действительно не мог понять, что же не сидится спокойно старому дворянству провинции. В обмен на присягу эрлайцам оставили все их земли, замки… Но нет, у этих идиотов взыграла национальная гордость, и они отчего-то ощутили себя бесправными и угнетенными.

Шейран знал: у мятежников нет ни единого шанса на успех. Но если мятеж не остановить, с обеих сторон прольется много крови, не говоря о том, во сколько все это обойдется императорской казне. Да и борцы за свободу и независимость в других провинциях могут зашевелиться…

— Что ты думаешь про Ольгрейда? — спросил Шейран у помощника.

— Все указывает на то, что барон в мятеже не участвует. Хотя, возможно, он знает о готовящемся восстании.

Виконт кивнул. Он был согласен с Тони.

— Надеюсь, барон все же ни при чем. Не хотелось бы отправлять старика на плаху… Ладно, ты отдыхай, завтра будет тяжелый день. А я…

— Пойдешь, пообщаешься с рыжей крестьяночкой.

— Вроде того, — пробормотал Ферт, — вроде того…

В спальню виконт вернулся глубоко за полночь, неудивительно, что Алана к тому времени успела заснуть.

Шейран присел на корточки рядом с креслом, в котором свернулась девчонка, и в очередной раз поразился тому, насколько травница маленькая и хрупкая. При этом тщедушной или болезненно худой он бы девушку не назвал, просто у нее было такое телосложение.

Рыжие волосы растрепались, скрыв лицо и плечи жены кузнеца. Ферт осторожно отвел в сторону пряди волос, вгляделся в лицо гостьи.

Спящая девушка выглядела безумно юной. Если бы Шейран не знал, что Алане девятнадцать, то подумал бы, что ей не больше шестнадцати. И Тони прав, девчонка весьма симпатичная, во всяком случае, явно не чета тем девицам, которых барон обычно пытался подсунуть Ферту в постель. В Эрлии весьма странные представления о женской красоте, с коими Шейран никак не мог согласиться. В отличие от местных жителей, он находил высоких полных женщин малопривлекательными.

Несмотря на то что лето подходило к концу, кожа у Аланы была фарфорово-бледная, чистая, без каких-либо изъянов… если, конечно, не брать в расчет мелкие веснушки, россыпь которых украшала ее лицо.

Высокие скулы, узкий подбородок, пухлые губы. Нос тонкий, аристократический, чуть вздернутый. Изящно очерченные брови, густые темные ресницы. Глаза сейчас закрыты, но их Ферт хорошо успел рассмотреть на свадебном пиршестве. Для такого маленького узкого личика глаза, пожалуй, слишком большие — слегка раскосые, невероятно зеленые — кошачьи.

Сомнений нет, в этой девушке действительно текла кровь мернианцев. Осталось выяснить, в какой пропорции.

Шейран весь вечер раздумывал, как бы ему поговорить с девушкой. Но возле невесты все время крутился народ.