Право налево

Не заплакать, как плачут взрослые люди, а зареветь, как умеют только обиженные дети – во весь голос, закрыв глаза и открыв пошире рот.

- Да твою же… в душу! – рассердилась тётка. – Заткнись, а то я тебя сейчас…

Взвизгнув, Лена прижала к себе сумку и заголосила ещё пуще. Сказалось напряжение последних часов и неподдельный испуг – слёзы хлынули потоком.

- Рита, что такое? – в дверь просунулась докторша и с брезгливым выражением лица остановила взгляд на рыдающей пациентке. – Ты её ударила??

- Нет! Эта… схватила свою сумку и не хочет отпускать, - ответила санитарка. – Вон, поглядите!

- Да пусть идёт с ней, какие проблемы? Молнию сверху застегни, чтоб не рассыпала содержимое, там её паспорт, я забыла вытащить. Как прочухается – заберёшь документ и принесёшь в мой кабинет, будем оформлять, а с остальным пусть нянькается.

- Может быть, прямо сейчас паспорт вытащить? – предложила санитарка. – Когда буду молнию застёгивать?

Лена, продолжая подвывать, прижала сумку так, что к молнии теперь было не подобраться.

- Во, поглядите, Ираида Львовна! Скомкала вещь…

- Оставь, - приняла решение докторша. - Её сейчас нельзя нервировать, иначе ещё сутки ждать придётся, пока организм придёт в норму.

- А документ? Ну как выронит?

- Смотри за ней, и не выронит. В любом случае, паспорт и оформление простая формальность. Раз родственники привезли  её сами, то можем оформить по документам мужа, например.

Всхлипнув в последний раз, Елена замерла.

- Ну вот, успокоилась. Веди её в столовую. И помни – пока клиент в пограничном состоянии – только ласка и уговоры. Никакого принуждения и насилия!

- Конечно, Ираида Львовна! Леночка, идём кушать! – пропела бабища, протягивая руку к пациентке.

Та дёрнулась, закрывая сумку.

- Никто не возьмёт твою сумочку! Идём кушать!

Пришлось идти – дальнейшее сопротивление выглядело бы подозрительно.

Таблица умножения закончилась, и чтобы по-прежнему выглядеть отрешённо-придурковато Лена принялась вспоминать стихотворения из школьной программы и проговаривать их в уме.

Санитарка привела её в небольшую столовую, усадила за стол и сама принесла тарелку с кашей, бутерброд, сок и горячее какао с булочкой.  Всё вкусно пахло и выглядело весьма аппетитно.

Покосившись на тёзку  любовницы Марка, Елена просунула левую руку в ручки сумки и, прижав её к боку, принялась за еду.

Небольшая столовая заполнена примерно наполовину, и  на первый взгляд казалось, что обслуживающего персонала больше, чем пациентов.  Может быть, потому что местный контингент ведёт себя тихо, а санитары ходят туда сюда, переговариваются, делают замечания подопечным?

Надзирательница не сводила с неё глаз, поэтому Лена не могла свободно оглядеться, приходилось подсматривать исподтишка.