Право на тебя

– Так, я сейчас на работу, вечером заскочу, – не говорю ей, что и сама теперь безработная, – а ты отдыхай.

Знаю, что если все как на духу выложу, начнутся расспросы, предложение о помощи, а ей самой сейчас эта помощь не помешала бы. И когда оказываюсь дома, то первым делом ложусь. В последнее время очень быстро устаю. Достаю из сумки самый первый тест и любуюсь двумя полосками. Мое сокровище. Нет, наше с Саидом сокровище…

А вот к вечеру у меня начинает побаливать низ живота…

Глава 19

Саид

Сквозь вязкую темноту мне слышится голос. Родной, женский, умоляющий меня о чем-то и говорящий что-то очень важное для меня. Настолько важное, что я гребу руками, тянусь изо всех сил к свету. И в один момент выныриваю из океана пустоты.

– Ммм, – стону, пытаясь открыть глаза.

– Саид, – раздается знакомый голос откуда-то сбоку, затем кричит кому-то, – Врача сюда!

Мелко моргаю, пытаюсь пошевелить рукой и приподняться, но при каждом движении кружится голова. Мысли муторные, подернуты пеленой.

– Ну-ка, – открывает мне глаза незнакомец в белом халате, – реакция есть, это отлично. Вы помните, как Вас зовут?

Вроде бы ко мне обращается.

– Саид, – хриплю с надрывом.

Горло отвыкло издавать звуки, так что я сам морщусь, что за карканье раздается из моего рта. Поганое состояние.

– А этого мужчину знаете? – кивает на брата, сидящего на стуле.

– Да, – моргаю, – Шамиль, брат мой.

– Хорошо, – чему-то радуется врач, а меня снова утягивает в темноту.

Вот только теперь по-другому, я не чувствую, что тону, только будто плыву на поверхности, готовый в любой момент выйти из воды."

"– Что с ним? – слышу панику в голосе старшего.

– Обычный сон, Шамиль Саидович, – ухмыляется доктор, а дальше я уже не слышу.

Прихожу в себя только от голоса Игната. Открываю глаза и вижу его, сидящего на том же месте, что и ранее Шама.

– Где Рита? – спрашиваю главный вопрос, что мучает меня.

Есть что-то еще. Я будто что-то забыл и не могу вспомнить.

– Какая Рита? – хмурится он и смотрит на меня непонимающе.

– Моя, – приподнимаюсь на локтях, недовольный тугостью своих соображений.

Каждая секунда на счету. Черт, сколько же я провалялся здесь. Еще и ноги еле слушаются.

– Не усердствуй, – толкает он меня обратно на кровать, а вот насчет девчонки моей ничего не отвечает.

Черт, зря не сказал ему раньше. Ничего, позвоню Владу, он порешает. Ложусь обратно на кровать и трогаю голову.

– Черт, – стискиваю переносицу, стараясь таким образом уменьшить боль, – что произошло?

Игнат хмурится, словно мой вопрос ему не по душе.

– Нас машина сбила, – говорю сам, – девчонка жива?

У меня горький ком в горле. Стыдно, что только сейчас о ней подумал. Что бы ни говорил до аварии брат, но я точно знаю, как дорога ему Юля. Вижу, как напрягаются его челюсть, сжимаются зубы.