Право на сына

Обнимаю ее за талию и веду к выходу, по пути набирая водителя. Максимка плетется сзади. Гонору хватило только потрясти более слабого противника, хотя я надеялся, что он хотя бы тут попытается остаться мужиком.

Ошибся.

— Ой, что же это? — причитает Стасина мама. — Вы что наделали? — и смотрит на меня так… как на главное зло в этом доме.

— Справедливость восторжествовала! — я больше не пытаюсь быть вежливым. — Малыш? — я отстраняю от себя Настю. — Даню сможешь забрать? Водитель через пять минут будет, как раз успеете собраться. Обещаю, что тебя никто не побеспокоит.

Она кивает, смотрит на меня своими огромными глазами, полными слез, но кивает и быстро убегает в дом.

Ее мать тут же забывает о раненом мальчике рядом и устремляется за дочерью:

— Стоять! — рявкает вместо меня Кирилл Петрович. Я уже говорил, что он мировой мужик?

— Максимка, — все так же продолжает причитать мама Насти. — Что же это? Как же так?

Она смотрит на меня так, что была бы возможность — убила бы на месте. Ну да, виновник всех бед Станислав, знакомьтесь. Самое смешное, что он ведь даже не пытается объяснить ситуацию, а спокойно принимает жалобы, как от родной матери, сжимает руку женщины, тоскливо улыбается, мол, вот, победила гора мышц. Становится даже смешно.

— Стася едет со мной, — произношу ровным уверенным голосом. — А ты, — я бы с радостью ткнул в него пальцем, но сейчас хватает одного взгляда, чтобы тот замер по стойке смирно. — Чтобы я тебя радом с ней не видел.

— Сынок, — обращается ко мне отец Стаси. — Ты скажешь, что произошло?

— Вы не волнуйтесь, — кладу руку мужчине на плечо и легонько похлопываю. Все же, у него проблемы с сердцем, ему нужен покой и тишина, а не вот это вот всё. — Стася ваша в полной безопасности доедет домой. Слово даю.

Он кивает, протягивает мне руку для пожатия и вовсе не обращает внимание на жену, которая пытается до него достучаться и “вправить мозги”, мол, куда же ты дочку отпускаешь. С нелюдем.

Через пару минут подъезжает водитель, а из дома выходит Стася. В нерешительности останавливается неподалеку, топчется, ждет, что я ее руку потяну, что ли. Подхожу к ней, обнимаю, целую в развевающиеся волосы и тихо спрашиваю:

— Поехали?

— Я с папой попрощаюсь и едем. Он волноваться будет, а ему нельзя.



Глава 29

Всю дорогу меня колотит. Даня засыпает на моих руках почти сразу, но я никак не могу успокоиться, трясусь, как осиновый лист и не могу поверить в то, что услышала.