Право на счастье

– Что же ты молчишь? – Теомер дотронулся до моей щеки, очертил контур лица. – Согласна?

Вздрогнула всем телом, подавляя желание дернуть головой и отбросить его руку.

– Простите, господин, но… нет.

– Почему? – Наследник недоуменно нахмурился.

– Я очень любила Тима и пока не готова принять другого мужчину, – пробормотала первое, что пришло в голову, краснея под внимательным взглядом.

Сильные пальцы снова сжали мой подбородок, вынуждая посмотреть вверх. Туда, где в зло прищуренных глазах бесновались, закручиваясь в воронки, песчаные вихри.

– Теперь поцелуете, как ваш брат Тиссу, чтобы заставить подчиниться?

Я не боялась. Высокородному вряд ли удастся меня зачаровать, все-таки я не нара, да и кровь жриц Проклятой не позволит это сделать, но почему-то было важно услышать, что скажет сам Теомер. После знакомства с Даниасом не ожидала от рода Борг ничего хорошего, однако наследник неожиданно понравился. Спокойный, рассудительный, прямой, он выгодно отличался от капризного красавчика Дана – не хотелось бы разочароваться.

– Интересное предложение, – мурлыкнул сиятельный. – Такое заманчивое… сладкое. И что, по-твоему, помешает мне именно так и поступить?

– Ничего. – На миг прикрыла ресницы, испытывая острое сожаление. Старший брат оказался ничем не лучше младшего. – Но я все-таки надеялась… Зря, наверное. Люди говорили, вы справедливый, всегда поступаете и судите по закону.

– Вот как? Может быть. – Мужчина не отрываясь смотрел на мой рот. Это смущало, вызывало дискомфорт. Губы стало покалывать, точно их покрывали быстрыми легкими поцелуями. – Но главное не в этом. Я никогда ни одну нару не принуждал к близости и не собираюсь этого делать. Мне не нужна искусственная страсть еще и от наложницы.

Мне показалось или я действительно услышала в его словах затаенную горечь?

– Вы позволите нам уйти, господин? – спросила о том, что тревожило сейчас больше всего."

"В свою постель он меня силой укладывать не станет, уже хорошо. Но это еще не значит, что так легко отпустит. Логичнее всего сейчас поскорее избавиться от строптивой, не в меру настойчивой простолюдинки, запереть где-нибудь, а то и вовсе уничтожить. Остальные свидетели возражать не посмеют, младшенький сохранит новую забавную игрушку, а доброе имя великого рода Борг останется незапятнанным. Всё прекрасно, все довольны.

Теомер несколько долгих секунд всматривался в мое лицо, а потом убрал руку, отступая на несколько шагов.

– Ты можешь идти, нара, – обронил он небрежно, почти равнодушно.

– А Тисса? – выдавила, почти не дыша.

Мужчина медлил, и я до боли сжала пальцы, застыв в невыносимом ожидании.