Право на отцовство

Пятнадцать минут – и она на работе. Во-вторых, приятный, сплоченный коллектив. В-третьих, детский сад был частным, что позволяло платить сотрудникам хорошую зарплату. Заведующая сразу оговорила момент с дополнительными занятиями. Если они будут проводиться вне стен сада – пожалуйста. Если на территории, то необходимо официально арендовать у них кабинет и платить с дохода налог.

Таню всё устраивало. Александра Степановна иногда, конечно, перегибала палку и могла устроить разнос без видимой причины, но своих сотрудников она в обиду никому не давала. Девочки рассказывали, что были случаи, когда родители катали на воспитателей жалобы. Так Зубина всегда на сторону воспитателей вставала. Долго беседовала с родителями и, несмотря на угрозы забрать ребенка в другой сад, стояла на своем.

Беременность Татьяны для Зубиной вышла шоком.

– Это что, Урсулова?

Таня вздохнула.

– Справка о постановлении на учет. Если встаешь на учет на раннем сроке, полагаются дополнительные выплаты от государства.

– Я вижу, что справка. Ты… Нет, ты что, беременна? – почему-то Александра Степановна отреагировала с запозданием. Таня думала, что смерч в кабинете начнется раньше.

– Угу.

– Ты мне тут не угукай, – бывало и такое, что Зубина переставала соблюдать субординацию. – То, что беременна – молодец! Молодая, красивая, но где мне теперь спеца на твоё место брать? И чтобы декрет не полтора года, а, как полагается, три сидела! А потом ребенка к нам в сад! И… Свадьба-то когда?

Таня громко вздохнула и, как есть, выпалила:

– Свадьбы не будет.

– Тааак…

– Нагуляла я, – улыбнулась Таня. Иногда улыбка всё-таки выступает лучшим оружием.

– Ты?

– Я.

– Нагуляла?

– Так точно.

– Урсулова, деточка, ты себя слышишь? Танечка, ты и «нагуляла» – несовместимые понятия!

– Вот так же мне и крестная сказала, – Таня ещё громче вздохнула.

– Так, а ну давай садись. И рассказывай: как, где, когда, с кем. Будем решать.

– Александра Степановна, а может, я всё-таки пойду? У меня занятие. Старшая группа, выпускники. Ждут.

Заведующая окинула её грозным взглядом, задержавшись на пока плоском животе, и отпустила.

Правда, потом ещё два раза приглашала поговорить, но Таня находила отмазки не являться «на ковер».

Расспрашивала Дашу. Они с ней сдружились почти сразу же, как только Таня пришла работать. Даша была старше на три года, разведена, искренне считала, что мужики – не то что нехорошие личности, но им периодически стоит напоминать, что они произошли от обезьян. Таня обычно отмалчивалась и в подобные диспуты не вступала.

Потому что ей сказать-то особо было нечего.

Мужчины её никогда не обижали. Наоборот, рюкзак к школе таскали, от хулиганов защищали. Цветы дарили. Всё, как полагается.