Право на любовь

И свое мнение у Летты было о каждом из тех придворных, которые теперь старательно лебезили перед ней.

При полной поддержке имперской военной машины несложно было разобраться.

Однако оставался еще Белый Бактрийский храм, это змеиное гнездо, запустившее везде свои ядовитые щупальца. В стране фактически произошел переворот, а храм остался в стороне, его как будто не коснулось происходящее. Это положение следовало исправить.

На третий день, немного разбросав дела во дворце, Летта отправилась в большой храмовый комплекс, находившийся за городом, чуть в стороне от Балха. В сопровождении Сайласа и сотни всадников, которых выделил для ее охраны наместник. Выехали верхом, и очень скоро оказались на месте. Сотня сопровождения встала в оцепление. Внутрь на территорию храмового комплекса вместе с Леттой вошли десять воинов и Сайлас."

"Похоже, ее тут ждали.

На крыльце их встречали сам великий клирик и за его спиной еще с десяток приближенных. Все в длинных белых одеяниях, выстроились клином силы. Прозвучало приветствие:

- Мы рады видеть тебя, наследница.

Летта кивнула.

Благостная улыбка на лице великого клирика нисколько ее не обманывала. Ей приходилось бывать здесь вместе с отцом, тогда этот святоша в белых одеждах собирался навечно запереть ее в подвале и ставить на ней свои чудовищные опыты. А потом храм поддержал Фарьяба и приложил руку к казни Клейтаса, а ее объявил преступницей и опасной колдуньей. За ней охотились, как за дичью. Ничего этого она не забыла и сейчас собиралась спросить с храма сполна.

Видя, что «теплый прием» не произвел на наследницу впечатления, великий клирик повременил немного и произнес установленную формулу:

- Угодно ли тебе получить благословение или предсказание?

Строгая поза, лицо, несущее печать тайного знания и чувство собственной значимости. Так и хотелось сказать: приберегите это для глупцов.

- Угодно, - ответила Летта и после паузы добавила: - Услышать, что вы скажете в свое оправдание.

Казалось, воздух сгустился и дрогнул. Глаза великого клирика блеснули колючей злостью, однако в следующий же миг по лицу его снова разлилась безмятежная благость. Он сложил руки перед собой и сказал:

- Храм далек от мирского, мы живем иной жизнью. Но проходи, дитя, ты получишь ответы на все свои вопросы.

И отодвинулся в сторону, жестом приглашая ее войти. Клирики, безмолвно стоявшие за его спиной, раздались в стороны, освобождая широкий проход.

Ложь и показное смирение. Она прекрасно видела, как великий клирик напрягся. Но пока все держалось в неких рамках, и он выразил готовность дать показания. Чтобы не спугнуть его прежде времени, она решила сначала получить от него все сведения, какие будет возможно, а уже потом применять карательные санкции.

- Благодарю.