Право на девочку. Том 1

Надеялась, что он её не просто взбодрит, а придаст сил.

В доме по-прежнему стояла тишина, которая начинала нервировать.

Девушка понимала, что перед ней никто не должен держать ответ. Утро показало. Но внутри скребло, независимо от понимания происходящего.

Получив напиток, Лида нашла сахар, засыпала одну ложку и, грея руки о чашку, подошла к большому окну. Оно не было витражным, но давало приличный обзор двора.

Территория Скифа выглядела огромной. Лида не смогла увидеть весь двор. Отметила только несколько дополнительных построек и беседку.

Из одной постройки, тоже выполненной из оциллиндрованного бревна, выходил Мирон. Никуда не смотря, мужчина по выложенной брусчаткой дорожке направился к основному дому. Лида сильнее сжала чашку, заставив себя остаться на месте. Хватит дергаться.

Из кухни во двор вела дверь, которую Лида не заметила и через которую в дом вошел Мирон. При звуке закрывающей двери девушка обернулась, спрятав часть лица за чашкой.

Мужчина, увидев Лиду, слегка нахмурился, но сразу же расслабил мышцы лица.

– Кофе пьешь?

– Угу.

– Мне не сделаешь?

– Сделаю, конечно.

Лида направилась к столу. Поставила чашку на столешницу, потянулась за пакетом с кофе.

То, что Мирон встал за её спиной, она почувствовала сразу.

Каждый волосок на коже отреагировал на его близость. Каждая клеточка. По позвоночнику побежали мурашки. Да что ж такое! Лида разозлилась на себя. Скиф честно сказал: не садист. То, что трахает её при любом удобном случае, так он в своем праве. Когда она перестанет рефлексировать?

Его присутствие за спиной будоражило. Он встал почти вплотную. Лида сделала вид, что ничего не изменилось, и продолжила варить кофе.

Не получилось не реагировать.

Она невольно соприкасалась с ним бедрами.

Вскользь.

Мимолетом.

Но касалась.

Мирон шумно вздохнул за спиной, обжигая своим дыханием обнаженный участок её кожи.

– Откуда ты такая взялась, а, Лида? – негромко спросил он, и от тембра его голоса у Лиды едва не выпала из руки чашка.

– В смысле? – девушка поставила чашку на поддон.

Главное – не оборачиваться.

Не встречаться взглядом с его пылающими глазами.

– В прямом. Я трахал тебя за последние сутки четыре раза. Смотрю на тебя, и у меня встает.

В подтверждении своих слов он прижался к ней вплотную.

Да, возбужден.

Скифу этого показалось мало. Он подался вперед, уперев руки в край столешницы, тем самым поймав Лиду. Девушка остановилась, перестала что-либо делать.

Приготовилась.

– Это плохо? – негромко отозвалась она, чтобы поддержать диалог.

Мирон хмыкнул и включил кофемашину.

Но Лиду никуда из плена своих рук и тела не выпустил.

– Это охрененно. Осталось дождаться, когда ты разморозишься.

Значит, всё-таки замечает…

В животе у Лиды скрутило.

– Мирон, если я что-то делаю не так, говори.