Правильный лекарь. Том 11

Ты всё это время верил в меня и не сдавался до последнего, хотя многие от меня отвернулись. Даже на какое-то время собственный отец. Ты настоящий друг, Саш, и я этого никогда не забуду. Если у тебя вдруг возникнут какие-нибудь проблемы, я костьми лягу, чтобы у тебя всё было хорошо!

— Ну ты это, — растерянно пробормотал я, отводя взгляд и стараясь скрыть невольно подкатившую слезу. — Чего такого наговорил-то?

— Того, что давно хотел сказать, Сань! — сказал Андрей и обнял меня, хлопнув методичками по спине, я ответил тем же, у меня в руке методичек было больше. — Спасибо тебе за всё, Сань!

— Ты так говоришь, словно прощаешься, — сказал я.

— Ага! Щас! Не дождётесь, Александр Петрович Склифосовский! — выпалил он. — От меня теперь так просто не отделаешься. Я твой должник.

— Ладно, пойдём работать, должник, — усмехнулся я.

— Ага, пойду, — сказал Андрей, отпуская меня. — Долги отрабатывать.

Мы с ним переглянулись и рассмеялись. Потом он вышел из кабинета, я наконец-то переоделся и направился в свою манипуляционную.

Методику удаления атеросклеротических бляшек мы продолжали развивать дальше. Теперь уже понятно, что не обязательно заниматься сосудами с напарником, как мы с Виктором Сергеевичем изначально делали, не имея опыта. Теперь опыта хватало, и мы его щедро передавали нашим ученикам. Некоторые схватывали на лету, некоторым надо было немного потренироваться при поддержке ассистента.

Пациентов у нас и правда было хоть отбавляй. Мало того, что исчез основной конкурент в лице Гааза и его команды, так ещё и все клиники и лечебницы города продолжали слать к нам пациентов, которые непрерывным потоком проходили через кабинет нашей замечательной Анны Семёновны, а она уже распределяла их по кабинетам. Она же занималась уточняющей диагностикой у онкологических больных. Моих первых пациентов с новообразованиями, которые приходили на контрольный осмотр я тоже сначала направлял к Образцовой, а затем уже в соответствии с пометками на диагностической карте убирал метастазы, а иногда и мелкие рецидивные очаги.

— Александр Петрович, а мы к вам! — услышал я со стороны двери до боли знакомый голос.

Обернувшись, я увидел, как в кабинет заглядывает улыбающийся Корсаков собственной персоной.

— Ого! Какие люди! — воскликнул я, пошёл ему навстречу и, проигнорировав протянутую мне руку обнял его. — Какими судьбами? Надеюсь, ничего страшного не случилось?

— Нет, что вы, — ещё шире заулыбался Борис Владимирович. — Клавдию Сергеевну привёз, сестру жены, вы велели показаться после излечения опухоли. Ну и, если не сложно, Виолетту мою заодно глянете? Межпозвонковые грыжи ей тогда удаляли.

— О чем разговор, конечно! — воскликнул я. — Хорошо, что вы не забыли.